РЕФЛЕКСИЯ

№ 5 2020 г.

СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ИСТОРИЧЕСКОЙ НАУКИ

         

Академия наук Чеченской Республики,
Комплексный научно-исследовательский институт им. Х.И. Ибрагимова РАН,
г. Грозный

Чечено-грузинские контакты в XIV-XVII вв.
(по результатам последних исследований)

УДК 94(470.6)

Аннотация. В статье рассматриваются выявленные в ходе последних исследований факты чечено-грузинских контактов в XIV-XVII веках, обусловленных религиозным аспектом, а также совместным отражением турко-иранской экспансии в регионе. Приводятся данные об участии царского дома Грузии в событиях 1362 года, когда при поддержке грузин чеченское ополчение под предводительством Каир-хана разгромило на Тереке Мамая, осадило Татар-Туп и разбило монголо- татар в Мажарах (рукопись Султан-Казы-Гирея). В XV веке союзное войско Грузии (Георгий, Константин, Александр) и Симсима (Сурак-хан, Баяр) ведет борьбу со ставленниками Тимуридов в регионе. В 1-й пол. XVI века наблюдаются союзнические отношения между главой Чечни, Зокк-Кантом, и царем Кахетии, Леваном; во 2-й пол. – между царем Александром и Шихом Окоцким, а также конфликт с Берса-шейхом (Дучи Тимирбулатовым). Завершается позднесредневековый период чечено-грузинских контактов (в приведенных материалах) союзом подвластных Теймуразу I воинов, членов его семьи, и чеченского правителя Висы Тинаева, а также их совместным отражением коалиции калмыков и шамхальско-персидского войска в 1654 году.
Ключевые слова: Чечня, Г рузия, чеченцы, Каир-хан, Симсим, Ших Окоцкий, Берса-шейх.

Вопрос чечено-грузинских контактов в период позднего средневековья малоизучен, хотя и представляет собой особый интерес, поскольку описывает завершение целой эпохи тесных отношений, обусловленных религиозным единством и стратегическим партнерством в вопросах коллективной безопасности в условиях турко-иранской экспансии в регионе.
За последние несколько лет нами был проведен ряд исследований, в частности, были изучены различные документальные, нарративные и полевые источники, позволившие пролить свет на вопросы, касающиеся чечено-грузинских контактов и отношений в XIV-XVII веках. В рамках данной статьи мы тезисно рассматриваем итоги проведенной работы, обобщая сведения из опубликованных статей и монографий.
В 1360 году Каир-хан – чеченский правитель, вассальный глава улуса Симсим, входившего в состав Золотой Орды, находившийся в тесных отношениях с монгольскими ханами, в частности, Навруз-ханом и Хизир-ханом, – распространил свою власть на пределы стратегических пунктов на востоке: Чир-юрта и Хунзаха. В Хунзахе обустроился брат Каир-хана, Сурак-хан («Летопись об исходе чеченцев из Нахчувана…») [10, с. 35; 13, с. 55-57], ранее в качестве областного наместника проживавший в Нузале, по названию которого он был прозван первым «нузалом» Хунзаха [18, с. 115¬116]. В том же году, после воцарения Хизир-хана, последний направил Каир-хана, а также дигорского владетеля Алтанцы-бека на переговоры с русскими князьями по случаю назревавшего межконфессионального конфликта в Орде, спровоцированного «татарскими» погромами в городе Жукотине [12, с. 518-519; 15, с. 64-65; 16, с. 169-170; 18, с. 157-159]. После начала «великой замятни» в Орде и узурпации власти темником Мамаем, Каир-хан выступил в качестве жесткой оппозиции последнему и, пользуясь безвластием в «Волжском царстве», объявил о суверенитете Симсима путем ряда успешных военных предприятий.
В 1362 году, как сообщает об этом рукопись Султан-Казы-Гирея, чеченцы напали на Мамая («убили Мамака»), чья летняя ставка располагалась в границах Шелковского городища (ЧР), затем осадили Татар-Туп вместе с находившемся здесь золотоордынским гарнизоном, а затем разгромили ойратов и канкалов [4, с. 496, 497], подступив к Мажарам, где находилась резиденция Мамая. Описанные события имеют свою предысторию. Согласно полевым источникам, чеченцы заранее готовились к событиям весны 1362 года; при поддержке грузинского царя (по-видимому, Баграта V) в Страну чеченцев были переброшены ремесленники и оружейники, помогавшие в спешном приготовлении обмундирования для чеченской армии. Более того, из Грузии были перевезены жеребята, выращенные в горах «народа Нахче» [6, с. 50; 26, с. 868] в качестве боевых скакунов. Уже затем, весной (1362 г.), состоялся разгром кочевников этой армией под предводительством Каир -хана [15, с. 62-64; 18, с. 152-157]. Интересен и тот факт, что чеченцы в рукописи Султан-Казы-Гирея названы «Ламрой Кересты», что буквально означает в переводе с чеченского на русский язык «горные христиане». Именно так чеченцы именовали христиан-соплеменников вплоть до исламизации общества [4, с. 496, 497; 18, с. 54-57; 21, с. 166, 212, 216-222, 567]. В этой связи вспоминается сообщение из манускрипта грузинского католикоса Евфимия об отправке к «народу Нахче» «…строителей крепостей и монастырей…»; здесь же, согласно тому же источнику, уже существовала церковь, которую обслуживала грузинская епархия [28, с. 145]. Согласно некоторым данным, описываемые события относятся к 1310 году [3, с. 729]. В другом источнике («Алгузиани»), тоже грузиноязычном и хранившемся в монастыре в селении Нузал, также упоминается «чеченский царь Каиран», или «Каир-хан» (там же), состоявший в союзе с монголами и боровшийся с третьей стороной [6, с. 117; 18, с. 162]. Все это в совокупности указывает на то, что Грузия, традиционно расценивавшая чеченцев в качестве стратегических партнеров и северного «щита» от кочевников, приняла непосредственное участие в разгроме чеченцами (под предводительством Каир-хана) Мамая и достижения улусом Симсим суверенитета в 1362 году [15, с. 62-66]. Кроме того, факт расположения в Нашхе, или, по-видимому, «Нахче» упомянутого выше источника, одного из главных христианских, а впоследствии – судебно-законодательного центра на территории современной Чечни, отражен в источнике XV века [18, с. 7-10, 26-27, 54-57], а также в других источниках, описывающих события того же и следующего столетий [22; 23]. Более того, эти объекты зачастую обслуживали этнические грузины, а чеченское слово «моцкъар», или «мозгIар» (т.е. священник) было связано с грузинским «моцIкъвари» [11, с. 77; 18, с. 44; 21, с. 32, 567].
Тесные чечено-грузинские контакты рассматриваются и в следующем, XV-м, столетии. После поражения Каир-хана (1395 г.) [27, с. 123, 183] власть перешла в руки его брата, Сурака, вытесненного из Хунзаха Тимуридами и переселившегося в верховья Аргунского ущелья, крепость К1ирда. На последней, по некоторым данным, имелась грекоязычная надпись [7, с. 150]. В Тушетии, или области Туш, в селении Парсма, был создан военный центр, где собиралось ополчение для борьбы с оставленными Тимуридами многочисленными ленами, продолжавшими экспансию в регионе. После гибели Георгия VIII и Константина I эти действия велись под руководством Александра I и Сурак-хана (а затем сына последнего – Байра). Можно считать, что окончательное освобождение занятых ранее Тимуридами грузинских и чеченских владений состоялось в 1437 году с разгромом Ширванидов и облажением их данью [18, с. 12, 14, 105-107]. В то же время, по-видимому, происходит возвращение Суракатов в Хунзах. Примечательно также, что, согласно полевым источникам, в «армянских» экспедициях Александра I принимали участие чеченцы из общины ДIая, которые с тех пор разделились на «внешних» (диаспора) и «внутренних» [18, с. 63-64, 78, 105]. Следует отметить, что Каир-хан, как и его брат, Сурак-хан, относились к чеченской общине (тайпу) Садо, самым сильным родом которого считался род Арсо, или Орсо (орус, урус). Это объясняет причину, по которой многочисленные дагестанские источники называют Суракатов пришлыми владетелями-«русами», или «урусами». Кроме того, достоверно известно, что названные братья были ревностными христианами. Это также объясняет использование грузинских терминов таватий и арнахур в титулатуре местных (нуцальских) ставленников-«урусов» [18, с. 104, 109, 112-116, 124-125, 131-135, 217-218; 29, с. 166-167].
В XVI веке мы вновь наблюдаем теснейшие чечено-грузинские контакты. В 1546 году чеченский предводитель Зокк-Кант, избранный Мехк-Кхелом (т.е. народным судебно¬законодательным органом власти чеченцев) главой страны, после вытеснения его к Беною объединенным кабардино-шамхальским войском, получил поддержку кахетинского царя Левана, также находившегося в состоянии войны с Казикумухским шамхальством и отправившем на подмогу Зокк-Канту этнических чеченцев из состава своего войска. Два отряда, посланных Леваном, фигурируют под названиями «Пхой» и «Кей» [17, с. 60; 21, с. 134; 25, с. 48, 50]. Первый отряд был предводительствуем Ушурмой, ставшим позднее известным под фамилией Окоцкий, – этническим чеченцем из общины Акко и выходцем с территории Хевсуретии, расположенной в границах современной Грузии [21, с. 148-151]. Второй отряд был под командой Янбека, также прибывшего в Беной «из-под Казбека», т.е. с Дарьяльского ущелья или его округи. После победы, состоявшейся в том же году, Ушурма и Янбек, возобновив аул Ширча-Акка, или Юрт-Аух, обосновались в Терско- Сулакском междуречье [18, с. 22; 24, с. 112, 123, 131, 137; 30, с. 99]. При этом следует отметить, что Ушурма был христианином, а Янбек – мусульманином [21, с. 137-141, 148-151].
Не менее знаменитым стал сын Ушурмы, Ших-мурза Окоцкий. Последний, являясь главным агентом влияния России на Кавказе, не только привел к русскому подданству нуцала Мухаммед- Шамхала и его брата, гумбетовского Каракиши, но и состоял в личных отношениях и переписке с кахетинским царем Александром II, обеспечивая, к тому же, безопасность русско-грузинских посольств при преодолении Аргунского и прочих ущелий [1, с. 16-17, 80-82, 128; 18, с. 218; 21, с. 216-217]. Другой чеченский предводитель, областной глава Дуча Тимирбулатов, также, по -видимому, состоявший в переписке с Александром II, после принятия им Ислама и имени Берса-шейх в 1577 году стал всячески препятствовать действиям грузинской епархии в стране и даже вступил с ней в открытую конфронтацию. В рассматриваемый период, согласно имеющимся данным, влияние и физическое присутствие грузинской церкви в Чечне обнаруживалось в Чеберлое (где управлял внук Сурака, Халч Саракаев), а также на территории нынешних Итум-Калинского, Шаройского, Шатойского и Галанчожского районов ЧР. В течение семи лет (1577-1584 гг.) Берса-шейх по соглашению с грузинской стороной, а также по необходимости постоянной обороны не распространял проповедническую деятельность за пределы области Нохчмохк [21, с. 170-191, 204¬208, 214-217]. Однако уже в конце XVI столетия в результате конфликта с «ламкерстами» (т.е. чеченцами-христианами) [8, с. 173; 9, с. 267] области Чеберлой им был организован военный поход, в ходе которого грузинские священники были изгнаны из Макажоя (чеберлоевского центра), а церкви и капища разрушены [24, с. 214-217]. То же повторилось в начале XVII века, когда некоторые чеченцы западных горных областей несмотря на решение Мехк-Кхела о принятии им Ислама в полном составе воспротивились воле органа власти, чем не повременил воспользоваться Берса-шейх, организовавший поход в верховья Аргуна и Нашху. Таким образом, именно при Берса-шейхе (1561-1624 гг.) начался масштабный процесс исламизации Чечни, который, однако, не затронул некоторые общества, что отразилось на дальнейших социально-политических процессах в стране [14, с. 34-39; 20; 21, с. 217¬231, 347-357].
В годы правления Висы Тинаева (середина XVII в.), также избранника Мехк-Кхела, чечено¬грузинские отношения по-прежнему носят позитивный характер. Согласно опубликованной нами рукописи [19], в период калмыцкой оккупации Чеченской равнины Виса Тинаев организовал поход против кочевников и весной 1653 года, заняв остров Хиндаам-аке и местную тюрьму, освободил из-под шамхальско-персидского плена узников-чеченцев и, цитата, «грузинского маъжо», а также «дочь грузинского царя», после чего отправил гонцов с радостной вестью грузинским монархам. Затем, когда Виса Тинаев прибыл с моря на берег близ устья Терека, к нему на подмогу прибыл грузинский отряд [19, с. 40-41; 21, с. 274-276, 283-286]. В этой связи интересен следующий факт: в 1652 году семья опального кахетинского царя Теймураза I, двигаясь через «Черкезети» в крепость Терки, подверглась нападению, в результате которого многие были похищены или убиты, а сам Николаоз, или Ираклий I, – сын Теймураза, – чудом спасся [2, с. 155-156; 21, с. 274-276]. Уже в 1653 году мы обнаруживаем Ираклия и его мать, Елену Диасамидзе, в Терской крепости; их выдачу требовали персы, организовавшие поход на Сунженскую крепость в границах современной Чечни [5, с. 503, 505; 21, с. 276-279]. Это и многое другое убеждает нас в достоверности описываемых в чеченском нарративном источнике сведений. Кроме того, мы предположили, что термин «маъжо» означает «посол» или «консул». Что же касается «дочери царя», то здесь, за неимением фактов, мы выдвинули предположение, что речь идет о девушке, связанной с семьей Теймураза, хотя и не являющейся его родной дочерью. Впоследствии, в 1654 году грузинский отряд принимает участие в победоносном сражении чеченцев против коалиции калмыков, шамхала и его союзников, в том числе персов, а «дочь грузинского царя» выходит замуж за брата Висы Тинаева [19, с. 40-41; 21, с. 274, 276].
Итак, на протяжении XIV-XVII веков прослеживаются постоянные стратегические контакты чеченцев и грузин в основном военного и религиозного характера. В последней четверти XVI века религиозный фактор чечено-грузинских взаимоотношений начинает кардинально меняться под влиянием мощной проповеднической деятельности Берса-шейха Тимирбулатова, запустившего масштабный процесс исламизации чеченского общества и вытеснения традиционного грузинского православно-христианского влияния на Северо-Восточном Кавказе. Это, однако, не отражается на политических интересах сторон, заключавшихся в отражении турко-иранской агрессии и поддержании дружеских отношений, а также поиске общих союзников для формирования соответствующей коалиции.
Рассматриваемые сведения, по всей видимости, должны быть отражены в документах, хранящихся и касающихся позднесредневековой истории Грузии. Следовательно, данный факт обуславливает необходимость соответствующих исследовательских изысканий для документального подтверждения и дополнения информаций по указанной тематике.

Библиография

  1. Белокуров, С.А. Сношения России с Кавказом. Вып. I. 1578-1613 гг. – М.: Университетская типография, 1889. – CXXX, 585 с.
  2. Вахушти Багратиони. История царства Грузинского. Тбилиси: «Мецниереба», 1976. – 337 с.
  3. Генко, А.Н. Из культурного прошлого ингушей // «Записки Коллегии востоковедов при Азиатском музее Академии наук СССР». – Ленинград: АН СССР, 1930. – Т. V. – С. 681-761.
  4. Гребенец, Ф.С. Курганы в окрестностях станицы Змейской (Терского казачьего войска) // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. – Тифлис: Упр. Кавказского учебного округа, 1915. – Вып. 44. – С. 494-523.
  5. Демидова, Н.Ф., Кушева, Е.Н., Персов, А.М. Кабардино-русские отношения в XVI-XVIII вв. Документы и материалы: в 2 т. Т. I. – М.: Изд. АН СССР, 1957. – 476 с.
  6. Джанашвили, М.Г. Известия грузинских летописей и историков о Северном Кавказе и России. – Описание Осетии, Дзурдзукии, Дидоэтии, Тушетии, Алании и Джикетии. – О царях Хазаретии. – Алгузиани // «Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа». – Тифлис: Упр. Кавказского учебного округа, 1897. – Вып. 22. – С. 1-196.
  7. Иваненков, Н.Е. Горные чеченцы // Терский сборник. Литературно-научное приложение к «Терскому Календарю» 1911 г. – Владикавказ: Типография Терского Областного Правления, 1910. – Вып. VII. – С. 1-224, I-IX.
  8. Кузнецов, В.А. Эльхотовские ворота в X-XV веках. – Владикавказ: ФГУП «Издательство «Кавказская здравница», 2003. – 191 с.
  9. Попов, И. Земледелие у чеченцев // Сборник сведений о Терской области. – Владикавказ: Тип. Терского Областного Правления, 1878. – Вып. I. – С. 267-270.
  10. Салгириев, А.М. Летопись об исходе чеченцев из Нахчувана (перевод и комментарии) // Таллам. – 2019. – № 2(17). – С. 33-35.
  11. Сулейманов, А.С. Топонимия Чечни. Научно-популярное издание. – Грозный: ГУП «Книжное издательство», 2012. – 726 с.
  12. Татищев, В.Н. История Российская (1055-1378 гг.); Абу Хамид ал-Гарнати. Путешествие в Восточную и Центральную Европу (1131-1153 гг.). – Рязань: «Александрия», 2015. – LX, [2], 730 с.
  13. Тесаев, З.А. Идентификация личностей позднесредневековых летописных героев «Абумуслима» и Суракатов и их роль в истории Чечни и Дагестана (XV-XVI вв.) // Рефлексия. – 2017. – № 5. – С. 54-60.
  14. Тесаев, З.А. К истории образования современных гаров тайпа Билтой // Таллам. – 2017. – № 1(12). – С. 29-53.
  15. Тесаев, З.А. Междоусобица в Золотой Орде как фактор приобретения суверенитета княжеством Симсим (XIV в.) // Рефлексия. – 2018. – № 2. – С. 61-67.
  16. Тесаев, З.А. Педагогическая значимость новых аспектов истории средневековой Чечни // Известия ЧГПУ. Серия 1. Гуманитарные и общественные науки. – 2018. – № 4(24). – С. 168¬174.
  17. Тесаев, З.А. Признаки чеченской государственности в XVI веке в период правления Зокк- Канта // Рефлексия. – 2018. – № 4. – С. 56-67.
  18. Тесаев, З.А. Чеченская «География» XV века, составленная по данным ученого-богослова и путешественника Аздина Вазара. – Грозный: АО «ИПК «Грозненский рабочий», 2018. – 256 с.
  19. Тесаев, З.А. Борьба Висы Тинаева с калмыками (текст и комментарии) // Таллам. – 2019. – № 2(17). – С. 36-43.
  20. Тесаев, З.А. Гази Алдамов (текст и комментарии) // Таллам. – 2019. – № 2(17). – С. 44-46.
  21. Тесаев, З.А. Институт «Мехк-Дай» в истории Чечни (XVI – 1-я треть XIX в.). – Грозный: АО «ИПК «Грозненский рабочий», 2019. – 688 с.
  22. Тесаев, З.А. К истории противостояния Итона и Усара в горах Чечни // Актуальные проблемы истории народов Северного Кавказа. Сборник материалов Всероссийской научной конференции с международным участием, г. Грозный, 19 октября 2019 г. – Махачкала: АЛЕФ, 2019. – С. 377-388.
  23. Тесаев, З.А. Католическая миссия в Галанчоже в начале XV века // Рефлексия. – 2019. – № 1. – С. 67-74.
  24. Тесаев, З.А. Мехк-Дай: народные правители Чечни (XVI – 1-я четв. XVIII в.). – Грозный: АО «ИПК «Грозненский рабочий», 2019. – 432 с.
  25. Тесаев, З.А. Тарих Зокк-Кант (текст и комментарии) // Таллам. – 2019. – № 2(17). – С. 47-52.
  26. Тесаев, З.А. К вопросу этимологии чеченского эндонима «Нахчий» // Этногенез и этническая история народов Кавказа. Сборник материалов I международного нахского научного конгресса (г. Грозный. 11-12 сентября 2018 г.). – Грозный: АО «ИПК «Грозненский рабочий», 2018. – С. 867-872.
  27. Тизенгаузен, В.Г., Ромаскевич, А.А., Волин, С.Л. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. II. Извлечения из персидских сочинений. – М.-Л.: Изд-во АН СССР, 1941. – 305, [3] с.
  28. Шавхелишвили, А.И. Грузино-чечено-ингушские взаимоотношения (С древнейших времен до конца XVIII века). – Тбилиси: «МЕЦНИЕРЕБА», 1992. – 233 с.
  29. Шихсаидов, А.Р., Айтберов, Т.М., Оразаев, Г.М.-Р. Дагестанские исторические сочинения. – М.: Наука. Издательская фирма «Восточная литература», 1993. – 302 с.
  30. Яндаров, А.Д., Заурбекова, Г.В., Бызов (Мутушев), И.В. Мифы и предания чеченского народа. – М.: «Орбита-М», 2010. – Т. I. – 352 с.