Справка прокурора Отдела по надзору за следствием

15 Сен
2017

Справка прокурора Отдела по надзору за следствием в органах госбезопасности Прокуратуры РСФСР по делу В. Е. Исаева
25 июня 1960 г.

По приговору Верховного суда Чечено-Ингушской АССР от 17-18 октября 1958 г. осужден по совокупности преступлений к 10 годам лишения свободы:
Исаев Виктор Егорович, 1907 г. р., русский, со средним образованием, беспартийный, ранее судимый (в 1954 г. по ст.109 УК РСФСР – к 3 г. лишения свободы, в 1955 г. – по Указу от 3 сентября 1956 г.) , служивший в армии в 1941-1943 гг., имеющий 3 взрослых детей, на момент привлечения к ответственности не работавший.
Исаев осужден по ст. 58-10, ч. 2 УК РСФСР (10 л. л. с.), 59-2, ч. 1 (5 л. л. с.), 59-7, ч. 2 УК РСФСР (5 л. л. с.).
Определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РСФСР от 13 ноября 1958 г. приговор оставлен в силе, кассационная жалоба без удовлетворения.
Как видно из заключения по делу Прокуратуры РСФСР, Исаев судом признан виновным в том, что «26 августа 1958 г. принимал активное участие в массовых беспорядках, происходивших в г. Грозном и сопровождавшихся погромами, насилиями над представителями власти, избиениями граждан, а в отдельных случаях их убийствами.
Исаев выступил на площади перед толпой бесчинствующих элементов с антисоветской речью, в которой возводил клевету на коммунистов и демократические свободы советского народа, призывал к организованному прекращению работы на предприятиях, призывал к ликвидации национальной автономии чеченского и ингушского народов, подстрекал участников беспорядков к усилению бесчинств и физической расправе над членами КПСС» (из приговора).
Допрошенный в суде Исаев виновным себя признал частично и показал: «26 августа 1958 г. я весь день занимался по хозяйству. Вечером в 7 часу я пошел в новый универмаг на Августовской улице. Там я услышал, что чеченцы убили рабочего с химзавода и народ собрался около памятника Ленина и выражали свое недовольство. Я сразу передал корзину своей жене и побежал к площади. Там действительно стояла большая толпа, и многие выступали.
После одного из выступлений кто-то из толпы выкрикнул: “Сделать забастовку”. Я тоже возмутился и сказал окружающим, что я выступлю. Меня поддержали, *подняли на руки, и я начал выступать* .
В своем выступлении я говорил о бесчинствах чеченцев, об убийствах… и требовал приезда руководителей ЦК Помимо этого я говорил о лжекоммунистах и также требовал расправы и с ними. После выступления я пошел по направлению Ленинского моста и стал плакать. Ко мне подошел один гражданин и сказал, что он коммунист с 1941 г. и, если так сказал, то начинай бить меня. Я ему ответил, что я говорил не о всех коммунистах.
Сейчас я считаю, что я сделал выступление необдуманно, не разобравшись с сложившимися в тот день обстоятельствами.
Свидетели показывают на меня неправду. Когда я пошел домой и плакал, ко мне подошла женщина и успокаивала.
Ей я сказал, что я не работаю, имею большой стаж работы и меня возмущает все, например то, что меня не принимали на работу.
Я сидел целыми днями дома, готовил обеды, ходил на рынок, в магазины».
На вопросы:
«Виновным я себя признаю в том, что я выступил и по глупости сказал в части выселения чеченцев, о лжекоммунистах .
О лжекоммунистах обкома ЧИАССР я не говорил. О забастовке я тоже ничего не говорил.
26 августа я выпил 2 стакана вина и кружку пива. Вообще же мне нельзя пить и даже курить.
Свидетелей я не знаю, и почему они на меня говорят неправду, не знаю» (л. д. 192-193).
В последнем слове сказал:
«Виновным себя признаю, преступление совершил по глупости. Прошу суд учесть мою болезнь желудка» (л. д. 199).
Свидетели в суде показали:
Бондаренко – слесарь. «Исаева видел, 26 августа 1958 г. я пошел в КОГИЗ. На площади я увидел столпившийся народ. Я подошел поближе и слышал выступление т. Шепелева, который говорил, что не следует поддаваться провокации.
На Исаева я обратил внимание по той причине, что он все порывался выступать.
Исаева поднимали на руки, и он начал говорить о переодевшихся белоказаках и что-то другое. *Речь у него не получилась, и он отошел* .
Далее опять выступали работники обкома, народ и опять Исаев.
Его опять подняли на руки, и он начал говорить, что в обкоме сидят лжекоммунисты, но это я слышал плохо и не утверждаю, что он говорил об обкомовских коммунистах. Всю его речь я слушал обрывочными фразами, поэтому с подробностями ее передать не смогу. Исаева я запомнил по одежде, к тому же я обратил внимание, что Исаев был в нетрезвом виде» (л. д. 193).
Любина – работник райкома. «Исаева я опознаю. 26 августа 1958 г. у нас в райкоме было совещание… в конце работы нам сообщили, что на площади творятся безобразия… Как только я подошла, я обратила внимание, как Исаева подняли на руки какие-то люди, и он начал выступать. Он говорил, что пришло время, когда ему можно высказаться, долой лжекоммунистов. Требовал приезда из ЦК и выселения чеченцев.
В этот момент подняли еще одного гражданина на руки, и кто-то из них двух сказал: “Долой Советскую власть”. Сейчас я, возможно, не все сказала, а на следствии я говорила подробнее и все свои показания подтверждаю.
Одет был Исаев – в соломенной шляпе и пиджаке. На площади я была мало, но видела, как Исаева поднимали на руки и второй раз, когда толпа подошла к обкому» (л. д. 193 об. – 194).
Хахвиашвили: 1941 г. рождения. «Исаева я видел 26 августа на площади, когда собралась толпа. Я был свидетелем выступлений Исаева. Он говорил о выселении чеченцев, о белоказаках, о лжекоммунистах, которые якобы сидят в обкоме. Говорил, что не работает химзавод и, если поддержит завод Кр[асный] Молот и другие, то можно многого добиться.., предлагал пойти на почту и связаться с Москвой, требовать приезда из ЦК.
Вначале Исаева слушали, когда он говорил о выселении чеченцев, а когда он говорил другое, то уже не стали слушать и даже сбросили с рук. Еще Исаев говорил, что рабочего человека затирают, и пришло то время, когда ему можно высказаться. Свои показания, данные на следствии, я подтверждаю. Вначале Исаева я не опознал, а потом узнал и теперь утверждаю, что это было то лицо» (л. д. 194).
Таболов – 1943 г. рождения, ученик 8-го класса. «Исаева я видел на площади 26 августа и его опознаю. В тот день я часов в 6 пошел к площади, увидел знакомого работника милиции. Он просил меня помочь разогнать всех ребят моего возраста. Я ему помог и тут же увидел, как на руках подняли Исаева и он начал выступать.
В своем выступлении Исаев говорил, что химзавод бастует и часть завода Кр[асный] Молот.
Просил людей не расходиться и поддержать его выступление…, говорил, что когда он воевал с белоказаками, то там он не видел обкомовских работников, а сейчас в обкоме лжекоммунисты, требовал выселения чеченцев.
Говорил в выступлении, что поднялась на ноги Великая Русь, имея в виду собравшуюся толпу.
Исаева я слышал хорошо, т. к., когда его подняли, он даже держался за мое плечо» (л. д. 194 об. – 195).
Яресько – член КПСС, охранник советского партучреждения. «26 августа 1958 г. вечером я находился возле здания обкома и в толпе собравшейся публики я услышал выкрик: “Бей коммунистов, смерть коммунистам”. При этом он показал рукой на обком и сказал, что там сидят все лжекоммунисты. Я подошел к Исаеву, т. к. все это он говорил и сказал ему, что я с 1941 г. коммунист и начинай бить с меня. Одет был Исаев в соломенной шляпе и тенниске. Когда я слушал выступление Исаева, он выступал на аллее между деревьями обкома. Я Исаева опознаю, свои показания подтверждаю и запомнил выступление Исаева на всю жизнь» (л. д. 195).
Балаков – член КПСС, сотрудник КГБ. «26 августа я по долгу службы находился на площади, где собралась толпа.
Выступали многие, и особо я обратил внимание на выступление Исаева, ранее я не знал его.
Он говорил: “Долой коммунистов, лжекоммунистов-фашистов”.
Потом он сказал, что Советская власть испортила всю его жизнь. К нему подошел один гражданин и сказал: “Я коммунист, бей меня”. Было это в 6-8 часу. Одет был Исаев в соломенной шляпе, а другую одежду я не запомнил. По речи Исаева чувствовалось, что он совершенно был трезв. За Исаевым я ходил долгое время и видел, что он ходил все время среди толпы, науськивал толпу. Исаева я хорошо запомнил и не ошибаюсь» (л. д. 195 об. – 196).
*При изложенных обстоятельствах оснований к пересмотру дела, о чем ставит вопрос осужденный, оснований нет* .

ГА РФ. Ф. P-8131. On. 31. Д. 86533. Л. 23-26. Подлинник.

Комментарии закрыты.