Этнополитические процессы в ЧИАССР

30 Янв
2012

ЭТНОПОЛИТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ В ЧЕЧЕНО-ИНГУШСКОЙ АССР В 1957–1990 ГГ.: ПОСЛЕДСТВИЯ ДЕПОРТАЦИИ И ОСНОВНЫЕ АСПЕКТЫ РЕАБИЛИТАЦИИ ЧЕЧЕНЦЕВ И ИНГУШЕЙ
АННА КУЗНЕЦОВА
ВВЕДЕНИЕ
Анализ этнополитических процессов в ряде регионов бывшего СССР представляет сегодня не только научный, но и практический интерес. Это связано с тем, что многие этнополитические и этнокультурные процессы, наблюдаемые сейчас в национальных субъектах Российской Федерации, берут свое начало в советском периоде нашей истории. Поэтому их необходимо анализировать в более широких хронологических рамках, чтобы понять предпосылки этих процессов в прошлом, иметь возможность судить об их сущности и о степени их завершенности.
Анализ этнополитических процессов, происходивших в 1957-1990 г. в Чечено-Ингушской Автономной Советской Социалистической Республике, при детальном рассмотрении, позволяет увидеть широкую историческую картину и частично сопоставить ее с современной ситуацией на Северном Кавказе.
1. Актуальность темы
Актуальность темы исследования определяется не только сегодняшним кризисом на Северном Кавказе, но и общим положением в Российской Федерации, которое требует детального изучения взаимоотношений Центра и регионов. Исследование вышеназванных этнополитических процессов важно как изучение причин возникающих конфликтных ситуаций. Проблемы адаптации и реабилитации народов, подвергшихся репрессиям, в том числе массовым депортациям, представляют особый интерес в связи с проблемой массовых миграций, положения беженцев и вынужденных переселенцев, в том числе и по возвращении их на прежнее место жительства.
Кроме того, работа актуальна анализом связи государственной политики СССР в Чечено-Ингушской АССР с ситуацией внутри ЧИАССР и влияния последней на формирование этнополитических процессов в республике в исследуемый период.
Политика советского государства в Чечено-Ингушетии в 1957-1990 гг. преследовала цели выравнивания ситуации в национальных автономиях, построения эффективной экономики и оптимизации межнациональных отношений. Однако, незнание или игнорирование этнокультурных традиций народов, поддержание неравноправного положения чеченцев и ингушей в республике привели в некоторых областях к противоположным результатам – консервации традиционного образа жизни чеченцев и ингушей, формированию националистических идей, основанных на религиозных идеях и существовании традиционных институтов, направлению этнических процессов между чеченцами и ингушами в сторону размежевания. Последнее привело в конечном итоге к разделению республики. В настоящее время, когда снова идет речь о возможном объединении Чечни и Ингушетии, необходимо учитывать этот опыт самым серьезным образом.
В социальной и демографической сферах произошло прямо спровоцированное политикой союзного центра закрепление коренного населения в сельских районах и на сельскохозяйственном производстве, и, как следствие, затормаживание социальной мобильности чеченского и ингушского населения и развития социально-профессиональной структуры общества.
В последующие годы (1990-е) диспропорция между сельским и городским населением Чечено-Ингушетии, а впоследствии Чечни и Ингушетии как отдельных республик, после массового оттока русскоязычного населения, привела к стагнации промышленного производства в республике, лишенного квалифицированных рабочих и специалистов, дестабилизации экономики и массовому обнищанию населения, что положило начало развитию сепаратистских настроений, умело использованных представителями новой и старой политической элиты Чечено-Ингушетии.
Опыт Чечено-Ингушетии в вопросах взаимодействия государственной политики и внутренних этнических процессов мог бы послужить в дальнейшем основной для теоретического и практического осмысления подобных процессов в настоящем и будущем.
Чеченцы (нахчой) и ингуши (галга) – народы нахско-дагестанской языковой группы. Являются автохтонами Северного Кавказа. Употребляется также термин «вайнахи» для совокупного обозначения чеченцев и ингушей.
В настоящее время Чеченская Республика и Республика Ингушетия представляют собой два самостоятельных субъекта Российской Федерации. Чеченская и ингушская государственность впервые обрела свое воплощение после Октябрьской революции, и, пройдя ряд многочисленных изменений, в 1934 году была преобразована в Чечено-Ингушскую Автономную Советскую Социалистическую Республику (ЧИАССР) в составе РСФСР.
В 1944 г. Чечено-Ингушская АССР была ликвидирована, а все чеченцы и ингуши депортированы в Казахскую и Киргизскую ССР (а также частично в Таджикскую и Узбекскую ССР) по огульному обвинению в «измене родине» во время Великой Отечественной войны.
В 1957 г. ЧИАССР была восстановлена, а чеченцы и ингуши вернулись на Северный Кавказ. Во время репрессий (депортации и ссылки) чеченский и ингушский народы понесли значительные потери: людские, материальные и культурные.
Их возвращение и продолжение жизни на прежнем месте превратилось в долгий, осложненный многими проблемами процесс.
В первые годы процесс реабилитации осложняло перенаселение республики, отсутствие жилья, безработица; в последующие – обострение межнациональных отношений из-за нерешенных социальных и территориальных проблем. Все это было прямым следствием политики союзного центра по отношению к вайнахам – депортации, расчленения и заселения территории ЧИАССР, территориальных перестановок.
Исследования их недавней истории (депортация, возвращение, процесс реабилитации), существования чеченцев и ингушей в рамках единой автономной республики, развития вайнахов в советский период (как до депортации, так и после), помогают понять современные проблемы и противоречия в отношениях федеральных властей с этими народами Северного Кавказа.
Знание особенностей формирования чеченского и ингушского этносов в советский период, политики государственных органов власти в ЧИАССР важно для выработки современной национальной политики России на Северном Кавказе в целом и в отношении Чечни и Ингушетии, в частности.
2. Цель и задачи исследования
Целью данной работы является комплексный анализ этнополитических процессов в ЧИАССР в период 1957-1990 годов.
Доминантой этих процессов является реабилитация чеченцев и ингушей как репрессированных народов после их возвращения из ссылки в 1957 г., и восстановление нормальных условий жизни коренного населения в республике. Это включает в себя не только анализ политической реабилитации, но и проявления этих процессов в различных сферах жизни народов – государственной, экономической, идеологической, культурной, в области межнациональных отношений. Для достижения этой цели важными являются изучение особенностей влияния фактора насильственной депортации на ход и характер их последующей реабилитации; восстановление общей картины адаптации вайнахов к резко изменившимся условиям жизни во вновь восстановленной республике и выявление закономерностей этого процесса.
Анализ влияния политики государства на процессы реабилитации вайнахов важен для восстановления картины взаимодействия государства и этноса в ходе всех этнополитических процессов исследуемого периода. Это относится к восстановлению хозяйственной деятельности чеченцев и ингушей по возвращении на Кавказ, их интеграции в экономику Чечено-Ингушской АССР, развитию социально-политической структуры вайнахского общества.
Процессы этнической интеграции связаны с межнациональными отношениям вайнахов с иноэтничным населением внутри республики и с соседями по Северокавказскому региону, а также с общей интеграцией чеченцев и ингушей в СССР после возвращения из ссылки. Основной задачей здесь является выявление причин возникновения межнациональных конфликтов в данном регионе.
Одной из основных задач исследования является также анализ экономической и культурной модернизации в жизни чеченцев и ингушей, состояния их этнической самоидентификации, состояния социально-профессиональной структуры общества и динамики ее изменения, деятельности и эффективности традиционных этнических структур у чеченцев и ингушей. Анализ межэтнических отношений в республике и в Северокавказском регионе является особенно важным, в силу того, что процесс реабилитации чеченцев и ингушей не был полностью завершен именно в этом аспекте.
Влияние политики государства на развитие межэтнических отношений в республике является той призмой, через которую рассматриваются проблемы депортации и реабилитации.
События сегодняшнего дня также тесно связаны с процессами и итогами реабилитации чеченцев и ингушей и дальнейшим развитием чеченского и ингушского этносов.
В работе дана общая периодизация процесса реабилитации, основой для которой стала также политика союзного центра по отношению к коренному населению ЧИАССР.
Задачи исследования состоят также в том, чтобы установить связь различных факторов – политической ситуации в СССР и ЧИАССР, состояния межнациональных отношений в республике и отношений с соседними народами, экономического и культурного развития – с процессом реабилитации чеченцев и ингушей, выявить закономерности возникновения межнациональных конфликтов в данном регионе и зависимость их появления от вышеназванных факторов, проследить процесс развития чеченского и ингушского этносов в государственном отношении, то есть провести комплексное исследование этнополитических процессов в Чечено-Ингушской автономии на протяжении периода 1957 – 1990 гг.
Комплексность этого исследования состоит в определении характера влияния политических, экономических и социальных процессов на этнические процессы в Чечено-Ингушетии и этнокультурное развитие народов, населяющих республику.
В комплекс анализа этнополитических процессов в ЧИАССР в 1957 – 1990 гг. входит также определение влияния государственной политики союзного центра и процессов, происходивших в автономии, на развитие национальной самоидентификации чеченцев и ингушей, сохранение и развитие традиционных национальных институтов, влияния на них политической и социально-экономической ситуации в республике.
Важным является также выявление общего и специфического в этнополитическом развитии чеченцев и ингушей и анализ взаимоотношений их в республике.
Прикладными задачами можно назвать выявление связи событий 1957–1990 годов с современным положением в Чечне и Ингушетии, что имеет методологическое значение для прогнозирования возникновения конфликтных ситуаций на данной территории. В этом помогает изучение причин возникновения мелких и крупных конфликтов на межнациональной почве в ЧИАССР в исследуемый период. Практическое значение имеет также и изучение опыта государственного регулирования, в частности жилищной проблемы и проблемы занятости в условиях притока вынужденных переселенцев.
Методологическое значение для этнополитических исследований имеет изучение сопоставления устремлений этноса и государства в таких процессах как миграция, адаптация и реабилитация, а также роли государства и этноса в процессе политической реабилитации последнего.
3. Хронологические рамки работы
Хронологические рамки настоящего исследования определены периодом 1957–1990 гг., с момента восстановления Чечено-Ингушской автономии в 1957 г. по 1990 г. включительно.
В 1991 году было заявлено о суверенитете Чечни и выходе ее из состава ЧИАССР, а в 1992 г. – образована Республика Ингушетия в составе Российской Федерации. Единая Чечено-Ингушская АССР прекратила свое существование. Таким образом, период с 1957 по 1990 гг. является законченным периодом существования ЧИАССР, прерванного депортацией чеченцев и ингушей и ликвидацией республики; от восстановления до фактического распада автономии.
Данный отрезок времени включает в себя исторически законченный процесс – до начала становления чеченской и ингушской государственности отдельно друг от друга. Это позволяет судить о законченности или незаконченности процессов реабилитации чеченского и ингушского народов, и других этнополитических процессов у этих народов в рамках единой автономной республики.
Данные хронологические рамки также ограничивают исследование так называемым «советским» периодом и не позволяют смешивать изучаемые процессы с принципиально иными по происхождению и характеру этнополитическими процессами в современной России. Этот отрезок времени в истории Чечено-Ингушской АССР можно также условно назвать «восстановительным периодом»; так как последующие десятилетия уже не несут на себе черт процессов этнополитической, этносоциальной и этнокультурной реконструкции, относящейся к ликвидации последствий депортации 1944 г. Исключением являются только осетино-ингушские отношения, развитие которых до сих пор напрямую обусловлено последствиями депортации.
Процесс реабилитации чеченцев и ингушей хронологически подразделяется на три периода, соответствующих разному по характеру влиянию государственной политики на ситуацию в Чечено-Ингушской АССР и разному характеру развития этнополитических процессов в республике: 1957– 1973; 1973 –1981; 1981 – 1990 гг. В эти периоды выделяется не только политическая (хотя она наиболее значима и выражена), но также экономическая, социальная и культурная ситуации в республике.
4. Новизна темы и подхода
Вопрос о реабилитации чеченцев и ингушей во всех аспектах их жизнедеятельности, включая этнополитические процессы в ЧИАССР с 1957 по 1990 гг. в отечественной науке ранее не поднимался в достаточно полном объеме. В настоящее время не существует обобщающей работы по этнополитической истории восстановления чечено-ингушской автономии, анализу межнациональных отношений в рамках ЧИАССР в 1957–1990 гг., политических, социальных, культурных проблем и конфликтов, возникавших в республике в исследуемый период.
Новым в работе является анализ влияния последствий депортации на межнациональные отношения в условиях вынужденного совместного проживания нескольких народов, при доминировании в социальной сфере проблем перенаселения и безработицы. Новым является также рассмотрение реконструктивного периода в ЧИАССР в широком контексте этнополитических процессов и особенно влияния государственной политики на этнические процессы в регионе.
Проблемы причин и ход депортации 1944 года, широко освещены в многочисленных работах за последние пятнадцать лет. На тему развития экономики, культуры, образования и межнациональных отношений в Чечено-Ингушской АССР за период с 1957 по 1970-е гг. написано несколько диссертаций и монографий. Было уделено также немалое внимание проблемам некоторых аспектов материальной и духовной культуры чеченцев и ингушей в исследуемый период, а также религиозному вопросу в республике.
Меньше внимания уделялось этнополитической ситуации в республике после ее восстановления и развития ее в течение исследуемых тридцати лет, проблеме самого факта возвращения чеченцев и ингушей (а также других депортированных народов) обратно на Северный Кавказ и такому специфическому аспекту как приспособление их к новой межэтнической ситуации в регионе.
Не были также достаточно изучены этнокультурные трансформации у чеченцев и ингушей в связи с депортацией и реабилитацией и влияние этих трансформаций на этнополитическую ситуацию в республике.
Все процессы, протекавшие в ЧИАССР с 1957 по 1990 годы изучались в основном в фактическом, описательном плане, так как политическая ситуация в СССР не позволяла делать некоторых выводов, например, о процессах этнического размежевания в республике, роста религиозности коренного населения, низком образовательном уровне чеченцев и ингушей, стагнации их социально-профессиональной структуры.
Особенностью данного исследования является также рассмотрение событий 1957 –1990-х гг. как непрерывного процесса с этнодемографической и этносоциальной точек зрения. Это прежде всего касается вопросов восстановления численности чеченского и ингушского этносов после возвращения из Казахской и Киргизской ССР, размера чеченской и ингушской семьи и трансформации ее в процессах реабилитации. Важным также является рассмотрение с этнополитической точки зрения развития социально-профессиональной структуры вайнахского общества.
Новым в данной работе является комплексный подход к блоку этнополитических процессов в Чечено-Ингушской АССР в 1957 – 1990 гг. Это использование одновременно политологического, социального и этносоциального подходов.
Процесс реабилитации в данном исследовании включает в себя не только государственные меры по реабилитации репрессированных народов и меры по территориальной реабилитации, но и процессы экономической, социальной, культурной и межэтнической реабилитации, как собственно «восстановления»; от английского: ability (способность) – восстановления способностей, возможностей (в данном случае – возможностей дальнейшего развития).
Собственная оценка степени завершенности реабилитационных процессов вайнахами, причин успехов или же отставания на этом пути по разным отраслям жизни, оценка ими их настоящего положения, является также важным и новым для полной характеристики этих процессов и выводов.
Реконструкция процесса реабилитации чеченцев и ингушей происходила в основном в полевых условиях, по результатам непосредственного опроса и последующей оценки этого процесса чеченцами и ингушами разных возрастов, разного социального и имущественного положения, уровней образования.
Важным фактором, влияющим на результаты исследования, на поведение информаторов и их мнения, является также фактор расселения – у чеченцев горных и равнинных районов, у ингушей Пригородного района Республики Северная Осетия – Алания и внутренних районов Ингушетии показания и оценки событий существенно разнятся, вплоть до совершенно противоположных. Так, например, если ингуши из внутренних районов Ингушетии в большинстве своем считают реабилитацию полностью и успешно состоявшейся, их соплеменники из Пригородного района Республики Северная Осетия – Алания ставят во главу угла вопрос о территориальной реабилитации, о необходимости возвращения населенных пунктов Пригородного района ингушам. Ту же точку зрения занимают некоторые должностные лица в Республике Ингушетия, в то время как ингуши, не занимающие никаких постов, или не имеющие высшего образования относятся к проблеме Пригородного района более спокойно и считают вполне нормальным совместное проживание там осетин и ингушей.
Ход реабилитации у чеченцев равнинных районов и г. Грозного выглядит более обостренным жилищной проблемой; выше степень межнациональной и социальной конфликтности, хотя большинство развивающих и оптимизирующих национальные отношения контактов также проходили в равнинных районах Чечни, в то время как в горных районах реабилитация проходила менее конфликтно, но более замкнуто в этнокультурном плане.
5. Теоретическое и практическое значение исследования
Результаты и выводы данной работы могут иметь методологическое значение для развития теории этнополитических процессов и исследований этнических конфликтов на Северном Кавказе и в других регионах России, а также для исследования процессов вынужденных миграций и последующей реабилитации этносов.
Анализ прохождения этносом ряда обязательных этапов в процессе реабилитации может быть полезен для изучения подобных процессов у других репрессированных народов России. В настоящее время этот вопрос особенно актуален в практической плоскости в связи с проблемой миграций, беженцев и вынужденных переселенцев, а также адаптации и реабилитации мирного населения в условиях постконфликтной реконструкции в Чечне.
Для Ингушской республики практическое значение данного исследования состоит в том, что полная реабилитация в Ингушетии – фактически незаконченный процесс.
Особое влияние на комплекс завершенных и незавершенных этнополитических процессов оказывала государственная политика Советского Союза и Российской Федерации, а также внутренняя политика руководства ЧИАССР, а впоследствии отдельных Чечни и Ингушетии.
Важным в методологическом плане является также рассмотрение непрерывного взаимовлияния всех этнополитических процессов в ЧИАССР в 1957–1990 гг. и некоторых аспектов современного состояния этнополитической ситуации у чеченцев и ингушей.
ИСТОЧНИКИ
Данная работа основана на полевом материале, собранном во время трех экспедиций в Республику Ингушетия и Республику Северная Осетия-Алания в 2001–2002 гг., в ходе которых были произведены опросы чеченцев и ингушей по темам возвращения из ссылки, реабилитации и различных аспектов жизни в Чечено-Ингушской АССР вплоть до 1990 г. Были проведены также опросы по ходу депортации и жизни на спецпоселении.
На полевых исследованиях полностью основаны разделы о межнациональных отношениях в ЧИАССР, частично – об этнокультурных и этнодемографических процессах. Полевые исследования проводились в Назрановском, Сунженском и Малгобекском районах Республики Ингушетия, а также в Пригородном районе Республики Северная Осетия-Алания и г. Владикавказе.
Опросные листы были подготовлены отдельно для чеченцев и отдельно для ингушей с учетом их этнокультурной специфики и особенно их положения в настоящее время, а также исторических и политических различий их проживания в Чечено-Ингушской АССР.
Опросы ингушей не представляли особой трудности; ингуши легко шли на контакт, с интересом относились к вопросам, пускались в рассуждения о депортации, реабилитации и общей исторической судьбе ингушского народа. Основной проблемой в разговорах с ингушами была их концентрация на проблеме Пригородного района и событий 1992 г. Это в основном касалось тех, кто был вынужден уехать из Пригородного района СОАССР, имел там родственников или не был допущен туда с 1957 г. по настоящее время, а также государственных служащих и лиц с высшим образованием.
Опросы чеченцев производились в основном в лагерях беженцев, действовавших в 2001-2002 гг. на территории Ингушетии – «Барт», «Танзилла», «Учхоз» в с. Яндаре и др. и частично среди чеченцев, проживавших в частном секторе в г. Назрань, и селах Назрановского района РИ. Единственным препятствием к успешному контакту с чеченцами было их настоящее положение и военные действия в Чечне; часто они практически не могли переключаться на другие темы. Однако, при подробных разговорах, чеченцы давали развернутые и подробные ответы на вопросы, анализировали разные ситуации исследуемого периода и современности. В 2001 – 2002 гг. в лагерях беженцев в Ингушетии и в частном секторе было достаточно мало людей пожилого возраста, что осложняло опросы по темам депортации и реабилитации в первые годы после возвращения из ссылки.
Использовались также опросные листы, составленные для государственных служащих, работников МВД, бывших работников отходнических промыслов. Данные обобщались по вопросам реабилитации, трудоустройства, жилищному вопросу, межнациональных отношений, а также по общим вопросам политического и культурного характера.
Благодаря опросам информаторов были выявлены сведения, которые невозможно было получить из архивных опубликованных и неопубликованных источников, статистических сборников и переписей населения СССР. В частности, тот факт, что положенную по закону беспроцентную ссуду на обзаведение жильем и хозяйством в 1957 г. получили около 5% опрошенных, удалось выявить исключительно благодаря беседам с информаторами. Ценные сведения при полевых исследованиях были получены также о работе сезонных рабочих из Чечено-Ингушетии в 1970-е – 1980-е гг. (так называемых «отходников»), развитии в течение 1957-1990 гг. семейных и бытовых отношений у чеченцев и ингушей, дискриминации чеченцев и ингушей при приеме на работу и в КПСС в первые годы после восстановления ЧИАССР.
Проблемы межнациональных отношений также яснее были видны из материалов полевых исследований, нежели из архивных или газетных материалов. Разница в отношениях чеченцев и ингушей с русскими, осетинами, дагестанцами, грузинами и другими народами яснее всего высвечивалась в беседах с отдельными людьми, в то время как обобщающие данные по крупным межнациональным столкновениям в ЧИАССР – 1958, 1973 и 1981 гг. помогали проанализировать политику союзного центра в данном вопросе.
Архивными источниками по проблеме депортации чеченцев и ингушей, их пребывания на спецпоселении и реабилитации в ЧИАССР являются материалы Государственного Архива Российской Федерации, фондов – Р-9401 (фонд НКВД-МВД СССР); Р-9479 (фонд Секретариата НКВД-МВД СССР) и Р-7523 (фонд Верховного Совета СССР).
Большой массив документов по теме депортации и реабилитации чеченцев и ингушей опубликован в специализированных сборниках: Репрессированные народы России: чеченцы и ингуши (М., 1994); Депортации народов СССР (1930 – 1950 гг.) (М., 1992); Иосиф Сталин – Лаврентию Берия: «их надо депортировать….» (М., 1992); Так это было. Национальные репрессии в СССР 1919-1952 гг. в 3-х томах (М., 1993). В этих сборниках самым подробным образом подобраны нормативные акты советского правительства по подготовке к депортации и выселению чеченцев и ингушей, материалы НКВД и МВД СССР о пребывании чеченцев и ингушей на спецпоселениии, цифры рождаемости и смертности, количество работавших чеченцев и ингушей во время ссылки в ведении разных наркоматов, что позволило проследить эволюцию социально-профессиональной структуры у чеченцев и ингушей уже в ссылке. Сопоставление разных данных о численности выселенных чеченцев и ингушей из разных документов позволяет задуматься над тем, что количественные данные по вопросам депортации еще не до конца выяснены и требуют дальнейшей разработки.
Важной составляющей массива источников по этнополитическим процессам в ЧИАССР в 1957 – 1990 г. – этнодемографическим (данные о численности чеченцев и ингушей на протяжении исследуемого периода), этносоциальным (данные о соотношении городского и сельского населения в ЧИАССР, количеству рабочих, колхозников и служащих), этнокультурным процессам (данные о языковой ситуации в республике, количестве имеющих начальное, среднее и высшее образование) являются статистические сборники по Чечено-Ингушской АССР: Народное хозяйство Чечено-Ингушской АССР (Грозный, 1963); Чечено-Ингушская АССР за годы одиннадцатой пятилетки (Грозный, 1986); Чечено-Ингушская АССР за 40 лет (Грозный, 1960); Народное хозяйство ЧИАССР за 1966 – 1970 гг. (Грозный, 1972); 60 лет Чечено-Ингушской АССР (Грозный, 1982); Культурное строительство в Чечено-Ингушетии (июнь 1941 – 1980 гг.) (Грозный, 1985), Трудовые ресурсы Чечено-Ингушетии и их рациональное использование (Грозный, 1976), а также материалы всех переписей населения СССР с 1959 по 1989 гг. Особым сборником документов является опубликованный в 2004 г. в Республике Ингушетия сборник «Ингуши: депортация, возвращение, реабилитация. 1944 – 2004 г.» (Магас, 2004). В нем более подробно, хотя и неполно собраны документы по политической и культурной реабилитации ингушского народа вплоть до 1981 г.
Большая подборка документов по культурной реабилитации чеченского и ингушского народов содержится в сборнике «Культурное строительство в Чечено-Ингушетии (июнь 1941 – 1980 гг.) (Грозный, 1985).
К сожалению, автору не удалось поработать с документами бывшего Госкомстата ЧИАССР, ввиду его частичной гибели во время войны в Чечне в 1994 – 1999 гг., в то время как материалы Госкомстата Республики Ингушетия содержат документы, начиная с 1992 г.
Материалы республиканской и центральной прессы также являются важной составляющей источниковой базы по проблемам реабилитации чеченцев и ингушей. В газетах «Грозненский Рабочий» и «Сердало» (Огонек) содержится значительное количество материалов по социально-экономическому положению в ЧИАССР в восстановительный период, некоторые данные по межнациональным отношениям, этнокультурным процессам, а также по политике союзного центра и властей Чечено-Ингушетии – материалы пленумов Чечено-Ингушского обкома КПСС, партийных конференций.
Материалы современной (за последние 10 лет) прессы интересны в основном полемикой по вопросам депортации и реабилитации чеченцев и ингушей, возникшей в связи с чеченским кризисом и осетино-ингушским конфликтом 1992 г.
В целом, источниковая база по исследуемой теме чрезвычайно разнообразна и дает большие возможности для сравнения и проверки данных.
ИСТОРИОГРАФИЯ
Теоретико-методологической основой для работы стали исследования ведущих российских ученых в области теории этнических и этнополитических процессов, а также этнопсихологии, этнодемографии, этносоциологии.
Это работы Н.Г. Волковой (Миграции и этнокультурная адаптация горцев в условиях равнинного Кавказа (19 – 20 вв.), Н.М.Лебедевой (Социальная психология этнических миграций. М, 1993), Д.Д. Гакаева (Очерки политической истории Чечни (ХХ в.) М., 1997;) М.Н. Губогло и С.М. Червонной (Крымско-татарское национальное движение. М, 1992), Л.М. Дробижевой, Г.У. Солдатовой (Психология межэтнической напряженности. М., 1993; Этничность и конфликты на Северном Кавказе. М., 1994), И.Г. Косикова (Этнические процессы в Кампучии. М.,1987); В.А.Тишкова (Очерки теории и политики этничности в России, М, 1997; Общество в вооруженном конфликте. Этнография чеченской войны. М., 2003).
В данных работах создана обширная теоретическая база и разработана методика изучения этнополитических ситуаций и этнополитических процессов, этнических конфликтов и механизмов их образования, а также методика работы с полевыми и статистическими материалами, обеспечивающими источниковую базу исследований подобного рода.
В этих работах затрагивались не только общие положения влияния политических процессов в государстве на этнические процессы в регионах, на их экономику, социальную сферу, культуру, состояние этнического самосознания, но также рассматривались конкретные исторические примеры этнополитических процессов, сопутствующих адаптации этноса к прежним условиям жизни и политической реабилитации.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Комментарии закрыты.