Родовой быт и обычное право чеченцев и ингушей (Далгат)

6 Янв
2018

Еще Ахриев на это указывал и приводил в пример предание о происхождении кистин, джераховцев и ингушей, живших в Тарской долине и Черных горах. Ингуши, населявшие Тарскую долину, произошли от брака одного кабардинца с девушкой из народа вамполож (двуротые), живших в ингушских горах, после джелтов (греков). Джелты выстроили все замки и башни, были народом умным и трудолюбивым. Сменившие их вамполож вели войны с кабардинцами, но бог всех их погубил за буйство. Родоначальником кистин был Кист, сын одного сирийского владельца из дома Камен. Бежав во время первых крестовых походов из своей родины, он пришел в Грузию, но вследствие постоянных нападений на последнюю арабов и турок принужден был удалиться в неприступные горы и поселиться недалеко от верховьев р. Терека. Здесь он основал аул Арзи (орел) и, по примеру своих предков, избрал себе герб с изображением орла и с надписью куфическими буквами имени владетеля герба-ястреба, выданного ему Сирией в половине IV в. хиджры, т.е. в XI столетии. Этот герб, по словам Ахриева, хранится в одном из правительственных учреждений.
У Киста был сын Чард и внук тоже Чард. Последний построил в Арзи (Мецхальского общества) 16 башен и замков, существующих и поныне. От этого Чарда произошли братья Эдип и Эльбиоз, братья Мануил и Анд; сын Эдипа Даур-бек, поссорившись с дядей Андом, переселился в соседнее Джераховское общество. Потомок Киста Тач был принят грузинским царем Ираклием с почестями, подобающими владетельным лицам.
Родоначальником Джераховского общества был Джарахмат, который поселился на берегу р. Арм-хи с незапамятных времен. Он прибыл из Персии со ста человеками подчиненных; до его прихода это ущелье было необитаемо, а после него стали там селиться и другие.
Пограничные грузинские владения часто терпели от набегов потомков Джарахмата (Борсин-Бека и др). Грузинские цари ласкали и одаривали предводителей кистин и джераховцев.
На земле джераховцев жили и дружественные осетины. Они вместе брали плату за проезд чрез Дарьял и сохраняли дорогу в исправности. Эта близость с осетинами и постоянные сношения с Грузией несомненно были причиною заимствования ингушами многих обычаев и культуры грузин и осетин.
О Галгае Ахриеву не было известно ни одного предания, а назрановцы и карабулаки как общества смешанного происхождения, по его словам, не имеют преданий и вовсе. Но Ахриев в этом случае ошибается; такие предания существуют и у названных обществ.
В исследовании Г.К. Мартиросиана «Нагорная Ингушетия», стр. 35 и след. приведено много интересных преданий об образовании отдельных ингушских обществ, частью заимствованных у Ч. Ахриева (Сборник сведений о Кавказских горцах, вып. VIII, 1875 г.), а частью записанных самим автором на месте.
По этим преданиям, предка галгаевцев звали «Га»; у него было двое сыновей – Галгай и Габертэ (Кабардинец). Галгай (Га) вышел из ущелья Геши Аргунского округа и, поселившись в Галга-евском ущелье, основал Галгаевское общество, а Габертэ переселился в Кабарде и основал кабардинское общество.
По другому варианту, в Галгаевском ущелье сначала был основан аул Аэйги-Калла тремя братьями – Аэйги, Хамхи и Таргим; затем 2-й и 3-й из них отделились и основали аулы Хамхи и Таргим; а их потомки основали аулы Барким, Кост и Барах.
Когда в горах стало тесно, галгаевцы стали выселяться на Тарскую долину, где построили 60 башен, обороняясь от чеченцев, осетин и кабардинцев. Затем ко времени прихода русских они переселились дальше на плоскость и основали Назрань.
Родоначальником Кистинского общества был Кист, выходец из Сирии. Внук его Чард выстроил в ауле Арзи 16 осадных башен и замков.
Джераховское общество основал выходец из Персии Джарахмат. Другое предание основателем Джераха считает галгаевца Левана.
Почти каждый горный аул имеет предание о своем возникновении. По преданию, записанному Мартиросианом, в Джерахе первым поселился Охр, выходец из Джераховского общества. Основателем же аула Фуртоуг был Джарахмат, предок нынешних обитателей в 12-м колене. Мецхальское общество основано Мецхалом, во времена еще до грузинской царицы Тамары. Аул Салги основан выходцем из Аравии – Мого. До ингушей в Джерахе и Мецхале жил другой народ, вероятно, тюркского племени.
Существует предание об основании селений Таргим, Эгакала и Хамхи. У жившего некогда в горах воинственного человека Эльберта было 3 сына: Эги, Хамхи и Таргим; это было во времена царицы Тамары.
Они основали аулы, носящие их имена. Род Таргима разросся и Дал ряд ветвей-фамилий: Мальсаговых, Вековых, Чопановых, Плиевых и др.
По другой легенде, основание селения Эгакал приписывается фамилии Забиевых, которые поселились там некогда ввиду удобства для занятия овцеводством.
Аул Барах основан выходцами из селения Эгакал.
Характерно, что джераховцы, ингуши, с соседями осетинами совместно поддерживали в исправности дорогу чрез Джераховское ущелье (нынешнюю Военно-грузинскую) и брали плату за проезд.
Столетний ингуш Казбык Казиевич Хабиев-Буржаев, житель селения Арзи, Мецхальского общества, Сунженского отдела и другой старик, 60 лет Ганыж Абиевич Келигов-Фельханов, житель селения Фельхан, того же Мецхальского общества, рассказывали мне следующее о давнишней жизни их предков.
Галгайцы были первыми поселенцами гор. Размножившись, вследствие недостатка земли они переселись частью в Акки; им вскоре и там стало тесно, и часть их выселилась в Чечню на плоскость; там они присоединились к настоящим чеченцам, но последние их выделяют и теперь, считая их хуже себя и называя их не нахчой, а аккой.
Галгайцев прежде называли «Галгай-хой», что по-татарски значит – башенники, так как в их земле очень много башен и могильников.
По словам Казбыка, все выходцы, заселившие горы, шли с востока, из Бухары, Дагестана; сказание про выходца из Сирии Али-Араба (приведенное выше) или Турпала (богатыря) весьма распространено в Чечне. Он был потомком Магомета из фамилии Ку-рейши; придя чрез Турцию на Кавказ, он поселился сперва на плоскости в местности Татар-тупе в Малой-Кабарде, но потом, теснимый врагами, он ушел в горы Галгай; потомки его расселились по всей Чечне и образовали чеченский народ. Шамхал (Шау-хул) Тарковский тоже происходит от арабов-курейшитов (от Шах-Таймаз-Хана); чеченцы одной с ними крови, потому что и они происходят от курейшитов.
Некоторые из фельханцев и арзинцев до сих пор именуют себя Шаухуловыми и считают себя потомками шамхала, пришедшими из Дагестана.
Происходя от ханской, благородной крови, все чеченцы и ингуши – благородны и равны между собою, все они уздени, никого не знают выше себя. Холопы приводились к ним из чужих стран, покупались и продавались, но из среды самих ингушей вовсе не было рабов. Родственники жестоко мстили за продажу в рабство их родичей, почему и не было у них этого скверного обычая. Однако, по словам Ганыжа, сильные фамилии воровали детей у слабых и продавали их в непокорные общества Оршт-хой (карабулаков) и в Чечню, и это повторялось почти до времени окончательного покорения Кавказа. Граф Потоцкий, приводя бывший в его время случай продажи сироты-ингушки ингушом в ауле Эндрее, этом некогда гнезде торговли рабами, и говоря, что эта ингушка повесилась на дереве, прибавляет, что за немногими исключениями ингуша, действительно, вообще трудно обратить в рабство, так как, сделав возможное, чтобы избавиться от позора, он в крайнем случае накладывает на себя руки; свободолюбивая натура ингуша не мирится с рабскою жизнью. Однако все ингуши, не исключая горцев, долгое время находились в вассальной зависимости от шамхала и кабардинцев, были их данниками; это, конечно, не стесняло их свободы в остальном; внутренняя жизнь их и свобода не подвергалась опасности.
От выходцев из Датиха, Галгаевского (ныне Хамхинского) общества, произошли все цоринцы. Первоначально они даже платили дань галгайцам; но потом отказались от этого; тогда галгайцы убили брата известного цоринца Бехо Алиева; последний отомстил галгайцам; и с тех пор цоринцы и галгайцы стали враждебны друг другу, и первые уже больше не платили дани последним. Вообще галгайцы были самым сильным из ингушских обществ; все нарты (богатыри), по преданиям, жили в Галгае, все крупнейшие события из доисторической жизни ингушей происходили там же. Еще на памяти старика Казбыка, лет 100 тому назад галгайцы из селения Озык, из фамилии Баркинхой, приводили из Дагестана вооруженные отряды лезгин и брали дань с осетин, хевсуров, тушин и грузин; за отказ платить дань галгайцы не давали покоя этим соседям, грабили их, брали в плен и продавали в рабство; а за уплату дани они ограждали их от нападений других ингушей, заступались за них.
Осетинская фамилия Дударовых происходит, по преданию, от ингушей; она только недавно сравнительно выселилась из Мецхальского общества, и мне показывали даже родовую башню Дударовых в ущелье р. Арм-хи. Вообще в Осетию выселилось много ингушей. Грузинская фамилия Казбеков тоже, говорят, ингушского происхождения.
Вообще переселения в горах из одного общества в другие и смешение народов шли непрерывно. Об одном из последних переселений в Цори из Галгая Казбык рассказывал мне следующее. В селении Тумги, Галгаевского общества (ныне Хамхинского) находятся два каменных столба; это – памятники, поставленные жителями предкам их – Гуи и брату его Цикма. Гуй, говорят, был Двуротый – один спереди, а другой сзади; мясо ел он передним ртом, а суп – задним; в передний рот он брал мясо с костями, а в задний выбрасывал кости; зараз он съедал целого быка; когда он кричал, то его слышали из Хамхинского общества в Джерахов-ском, через горы и леса; роста был огромного, богатырского (могила его имеет 5-6 сажень длины).
Тугминцы себя называют «гуйнбух», что значит потомки Гуя.
Брат его Цикма поссорился с ним и переселился в Цори; цо-ринцы (Цхорой) и сейчас выделяют от себя потомков его и называют их «Цхоро-галгай», т.е. цоринцами из Галгая.
Самое переселение Цикмы в Цори произошло по следующей причине. Однажды Цикма, рассердившись на брата Гуя, повез его в Тифлис и там передал его в руки ханов, которые заковали его в цепи. Но Гуй одним движением разорвал цепи и возвратился домой. На пути к родине, верст за 20 от Галгая из Мецхальского общества, он крикнул на брата: «Смотри, берегись, брат, я иду, не попадайся мне на глаза!». Цикма, услышав грозный голос Гуя, бежал в Цори. Гуй остался жить в Тумги один; его потомки и посейчас живут в Тумги; многие из них выселились на плоскость в Назрановское общество. Это предание указывает нам, что причинами выселений из гор на плоскость были, с одной стороны, малоземелье , с другой – раздоры между разными родами и даже между однофамильцами.
По словам другого старика, Ганыжа, жреца народной религии ингушей и лучшего современного знатока устной народной словесности, некогда жили три брата: Га, Орштхо (Арштхо) и Нахчо. От Га произошли все галгайцы, от Арштхо – Арштхойцы, а от Нахчо – все Нохчи, или чеченцы. В этом чисто-ингушском предании, хотя и разнящемся от известного нам чеченского предания о трех братьях (Ако, Шато и Га), сказывается воззрение ингушей на общность происхождения всего чеченского племени от одного общего родоначальника , имя которого неизвестно, но известны имена его трех сыновей. Недаром все чеченцы говорят в одной чеченской старинной песне: «Неохотно приближаемся к старости, неохотно удаляемся от молодости. Не хотите ли, добрые молодцы, храбрые потомки Турпала, Нахчоо, я вам спою нашу родную песню. Как от удара шашки о кремень сыплются искры, так и мы явились от Турпало Нахчоо.
Родились мы в ту ночь, когда щенилась волчица; имена нам даны были в то утро, когда голодный барс ревом своим будил уснувшие окрестности. Вот мы кто – потомки Турпала Нахчоо» .
Я уже имел случай говорить, что предание о происхождении чеченцев от Нахчоо, по всей вероятности, возникло позже, на плоскости, и его в других преданиях горцев заменяют Ако и Шато – для чеченцев в тесном смысле, Арштхои Га – для карабула-ков и ингушей. А.Берже полагает, что Нахчоо был историческим лицом, но с этим нельзя согласиться, и в легенде о нем нужно видеть свойственное всем народам желание найти своего родоначальника, с какою целью народное творчество приписывает созданной им личности племенное название.
Обращаясь к подробностям ингушского предания, я прибавлю, что указанные три брата прибыли в горы с востока; в то время на земле ингушей жил Шейх-Темир (иначе – Астха-Темир, т.е. Хромой Темир, или Тамерлан). Все три брата сперва поселились вместе в Галгае. Отсюда уже они расселились по всей земле чеченской и ингушской. Арштхой поселился в Датихском ущелье Галгаевского общества по течению реки Ассы, возле Квири-лам (Сокол-гора). Га остался жить в Галгае и дал стране свое имя. Нахчоо отправился в Нахчи, т.е. в Чечню.
Как расселялись потомки Нахчоо, ингуши не знают, по причине обособленности чеченцев от них. В ауле Датах первыми из потомков Арштхо поселились Дзаг Гардагаевич Арштхоев и двоюродный брат его Чопа сын Борога . Однажды Дзаг и Чопа поссорились между собою и стали стрелять со своих башен друг в друга (у них были луки и ружья). В это время жена Дзага пошла с кувшином за водой и возвращалась домой. Чопа увидел ее и говорит своей жене: «скажи, что мне делать – убить саму женщину или насквозь прострелить кувшин с водой?». Жена ответила: «Если ты убьешь женщину, то через тебя будет стыдно (позор) и потомкам твоим, и ты прославишься, как убийца снохи».
Тогда Чопа прострелил кувшин. Жена Дзага с плачем пришла к мужу. К вечеру того же дня вышла жена Чопа с маленьким сосудом подоить корову. Дзаг увидел ее и спросил жену свою: «Прострелить корову, женщину или ведерко?». Та ответила «Чопа стреляет не хуже тебя, и если бы захотел убить меня, то легко бы мог это сделать; а потому ты не стреляй в корову и женщину, а прострели ведерко». Дзаг так и сделал. Оба брата, видя, что друг у Друга они ничего не возьмут, так как оба одинаковы по силе, храбрости и ловкости, примирились и стали жить в ладу. Арштхои стали расселяться по ущелью реки Ассы и образовали много селений по ее течению до самого Аки-юрта, на плоскости, где их стали называть русские и кумыки карабулаками.
Галгай тоже стали множиться и расселяться. Первые выселились нынешние жители сел. Терш Хамхинского общества (на границе с Мецхальским). У поселившегося там галгайца было двое сыновей; один из них поселился в Фельхане, где до него жил Казн Шаухулов (по одним преданиям, и последний – выходец из Галгая, по другим – из Шамхальства Тарковского). Этот основатель Фельхана считается у ингушей святым; он лежит в могиле на медной кровати, кругом же находятся доски, образуя род ящика. Во всяком случае, новые пришельцы дали Фельхану свое имя, и с тех пор сменилось семь поколений. Фельхан славится хорошими участками земли, и сюда впоследствии переселились и многие другие выходцы. Один из древнейших аулов нынешнего Мецхальского общества, Арзи, тоже образовался из галгайских выходцев, которые сначала поселились в Кербишты, а потом спустились в Арзи.
Джераховцы большею частью состоят из переселенцев из Осетии и частью из ингушей; они говорят на осетинском и ингушском языках; они начали селиться там раньше выхода фельханцев из Галгая.
Я уже приводил легенду о родоначальнике их Джерахмате.
Три аула – Арзи, Фельхан и Обын считаются древнейшими в Мецхальском обществе; прочие аулы этого общества образовались позднее из населения названных трех аулов .
В Арзи жили, – рассказывал мне Казбык, – две фамилии: Гили-Вачи и Хила-кой. После страшного голода, постигшего их в одно время, одна из этих фамилий – Гили-Вачи решила переселиться в Бацой (Тушетию), к христианскому народу, живущему за хевсурами в Грузии. Говорят, когда эта фамилия тронулась и стала подыматься в горы, покинув насиженное гнездо свое, то одна девушка закружилась и произнесла: «Дялой, ва Дялой!» (боже, о боже!), и тотчас после ее слов все окружающее пространство покрылось непроницаемым густым туманом, затруднявшим путь. Когда уже туман рассеялся, то на голой, выжженной солнцем земле показалась густая, сочная трава. После такого чуда половина фамилии Гили-Вачи вернулась обратно в Арзи, а другая половина ушла в Бацой. До сих пор еще в Арзи живет часть этой фамилии в числе трех дворов под именем Ораковых: их было много, да все остальные повымерли.
Вторая арзинская фамилия – Хила-кой ушла из Арзи в Осетию (горную) и там расселилась по многим селениям. Эти осетины до сих пор называют своей родиной аул Хела-кой, место первого поселения их в Осетии, по выходе из Арзи.
Все приведенные предания касались заселения ингушами гор и предгорьев и переселений их на земли осетин, тушин и т.п. Обратимся теперь к преданиям, говорящим о заселении ингушами плоскости.
Старик Казбык утверждает, что ингуши начали выселяться на плоскость лет 200 тому назад, т.е. приблизительно с начала XVIII столетия, что вполне согласуется с приведенными выше историческими справками. Сначала выходцы поселились в Тарском ущелье, у реки Ангушт, впадающей в реку Камбилеевку при выходе ее из гор. С тех пор они стали называться русскими ингушами; слово Ангуч по-ингушски означает плоскость видящие, т.е. живущие у предгорьев, где начинается плоскость. Селились сперва малыми хуторами по фамилиям или дворам в предгорьях; но во второй половине XVIII столетия они уже занимают довольно значительными аулами все почти пространство между нынешним Владикавказом, Назранью и Джерахом. При ингушской деревне Зауре возникает в 1784 г. и г. Владикавказ. Необходимость селиться крупными аулами на плоскости была вызвана грабежами кабардинских, чеченских и других шаек удальцов. В 1771 году путешественник Гюльденштедт находит у предгорьев на Камбилеевке целые общества ингушей – Ангушт и Шалка, названные русскими малым Ангуштом и возникшие, как говорит Клапрот , около середины XVIII столетия. Еще в 1807 году, во время путешествия Клапрота, ингуши часто меняли места поселений, переходя из одной долины в Другую, ведя полукочевой образ жизни. Головинский ошибочно относит время выселения ингушей на плоскость к 1810 году, а основание Назрани к 1830 году. Ошибка его повторяется и другими авторами; так и Вертепов почему-то начало выселения ингушей на плоскость относит к 1817 г., когда, якобы, Ермолов выстроил Назрановский редут . Между тем, в период от 1810 по 1830 год только продолжалось усиленное выселение, начатое еще в начале XVIII в., и редут Назрань заложен Дельпоццо на месте существовавшей ранее того ингушской деревни – ранее 1810 года, еще в командование Ртищева. А название ингушей известно русским еще в 1744 году, если не ранее, когда на них обратили внимание с целью восстановления среди них христианства , а в 1747 г. велено принимать их в подданство. На плоскости до предгорьев, до выселения ингушей, обитали сперва ногайцы; их вытеснили и сменили кабардинцы, занявшие пространство до р. Фортанги, т.е. Большой Чечни, и бравшие дань с ингушей и осетин. По мере усиления ингушей и осетин и возникновения их поселений на предгорьях с начала XVIII столетия кабардинцы стали отступать все дальше от гор в степи на север, покинув места, занимаемые ныне Владикавказом, Назранью, Ачалуком и т.д. Это время совпадает и с удалением кабардинцев и из Малой Чечни, по мере завладения со стороны чеченцев берегами Терека и Сунжи с их притоками. Чеченцы во второй половине XVIII столетия уже заходят в местности, занимаемые нынешними ингушами. Выходец из Большой Чечни Ке-ти Арсамаков с горстью своих домочадцев основывает приблизительно в 1780-1785 гг. селение Сурхохи в 35 верстах от Владикавказа; к этому смельчаку постепенно прибывали выходцы из Тарской долины, и аул рос, приобретая все более характер сельско-общин-ного строя, в противоположность родовой и хуторской организации горских аулов. А вот одно из наиболее свеже-сохранившихся преданий о выселении ингушей на плоскость, сопровождаемое интересными подробностями, рассказанное мне стариком Казбыком.
Основателем Назрани, нынешнего главного центра ингушского народа, был выдающийся из ингушей Карцхал Орцхалов, – иначе Мальсагов, происходящий из выселившейся в предгорья большой ингушской фамилии (тайпы) Таргимхоевых. Назрань в то время представляла из себя пустошь и была спорным местом между кабардинцами и чеченцами. Карцхал Орцхалов жил сперва в местности Ангушт. Он взял с собою своих однофамильцев; к ним присоединились многие ингуши и из других фамилий, и они отправились к месту, занимаемому ныне Назранью. В то время по реке Сунже и около Назрани находился большой лес (теперь не существующий, – частью истребленный населением, а главным образом – вырубленный русскими войсками). Пришельцы поселились в шалашах, но потом вырубили деревья и выстроили деревянные избы.
Орцхалов выстроил для себя высокую деревянную башню и назвал ее «башней на ногах» (на четырех столбах); в ней могло поместиться для обороны несколько сот человек. Чеченцы, проведав, что какой-то смельчак завладел оспариваемым ими от кабардинцев местом, пошли на него войною. Ингуши не испугались чеченцев и, забравшись в башню, стали защищаться, отстреливаться; убитых они клали туда, где окна были побольше, и загораживали себя трупами.
От их огня чеченцы, наконец, не выдержали и обратились в бегство; ингуши пустились в погоню за ними с обнаженными шашками в руках и рубили их до самой р. Нитты-хой-хи; все это пространство было усеяно трупами чеченцев. Олхузор Ахушкович Хулухоев тогда же сочинил песню, воодушевившую ингушей в битве их с чеченцами: «Наездники, основавшие во главе Карцхал Орцхоева Назрань, улучшающие с Гайты-Байтыровым Назрань!
Сегодня берут ее чеченские наездники. Поэтому, кто только мужчина, должен обороняться и гнаться за чеченцами, держа обнаженную шашку в руках!»
Воодушевленные словами песни, ингуши одержали победу. (После этого чеченцы не осмеливались более беспокоить ингушей .) После этого события Назрань получила почетное название «взятая шашкой». Ингуши вообще веруют, что взять Назрань нет никакой возможности, так как основатель ее Орцхалов был человеком святым, и при самом основании аула совершилось чудо: когда ингуши только что прибыли в Назрань, там целую ночь шел красный дождь. Время тогда было очень беспокойное; чеченские абреки рыскали повсюду и не давали покою ингушам, угоняли стада, уводили у них людей и продавали в рабство в Эндери и Дагестан. Главою всех чеченских шаек абреков в то время был пузатый Бейбулат Теймиев. Отец старика Казбыка, ингуш Казн обязался тогда доставлять (провожать) людей из Ангушта в Назрань и защищать их от чеченских абреков. Из ингушских абреков позже особенно прославился Темирко Кастоев, который совершал набеги на Кабарду и Чечню. Отец его, Дзозд Кастемирович Кастоев, был из влиятельнейшей фамилии и весьма умный человек. Народ назначил его общенародным судьей, и все адаты ингушские установлены им, и они с позднейшими изменениями действуют до сих пор среди ингушей.
Приведенное предание может служить живой иллюстрацией ко всем вообще переселениям чеченцев и ингушей на плоскость. Какой-нибудь отважный наездник, прославившийся своими подвигами и умом, собирает кучку добровольцев из разных фамилий и занимает облюбованное местечко, укрепляет его и защищает от нападений. Так опасно было жить в этой необитаемой равнине, по которой разгуливали отчаянные шайки разбойников, что о поселении отдельными хуторами, дворами и даже фамилиями нечего было и думать. Селились вместе несколько фамилий; благодаря этому и поселения уже не носят названий какой-либо одной фамилии, как это было в горах; напротив, аулам даются названия местностей, гор, речек и т.п., как это было и в Чечне. Назрань произошла от речки Назранки, Ангушт – от речки того же имени и т.д. Вместе с тем, сама собою возникает солидарность между различными родами; общность интересов вызывает некоторую общественную организацию, создаются адаты, появляются народные судьи, и вообще народ ингушский, как и чеченский, объединяется, и русские в XIX столетии имеют дело уже с более или менее сплоченными массами горцев, а не только с шайками абреков.
Такова картина прошлой жизни чеченцев и ингушей по их преданиям. Будь у меня в руках больше преданий (а их у чеченцев и ингушей, народов с богатою устною словесностью, вопреки утверждениям Потто, Дубровина, Семенова и др., – весьма много), можно было бы, конечно, нарисовать и детали этой картины. Но и сказанное в общих чертах дает достаточно ясное представление о заселении нахчоями гор и равнин Чечни. Мы выносим и из сказанного весьма много данных, проливающих свет на весь правовой строй чеченцев; влияние соседей на выработку их права, бывшее сперва догадкой, теперь стало для нас несомненным фактом. Это дает нам возможность говорить о заимствованиях в Чеченском адате у соседних народов – в особенности у осетин, грузинских горцев, кабардинцев, кумыков и лезгин (т.е. из иранской, грузинской и монголо-тюркской культуры). Благодаря полученным данным мы с большей осторожностью отнесемся, говоря о чисто-чеченских правовых нормах. С этой точки зрения, в заключение настоящей главы, считаю весьма полезным привести еще рассказы и мнения спрошенных мною стариков-ингушей об отношениях ингушей к их соседям, в прошлом на их памяти, с конца XVIII столетия и в начале XIX, когда ингуши заселяли не только горы, но и плоскость, и отчасти в более ранний период. Оговариваюсь, что в настоящее время отношения эти, по их же словам, изменились к лучшему. По словам Казбыка с осетинами (по-ингушски «heri») ингуши жили прежде не совсем дружно; постоянно обижали их, грабили и относились к ним с предубеждением, считая их по доблести ниже себя.
Что касается осетин, то они не осмеливались вступать для грабежа на территорию ингушей; ингуши к названию осетин прибавляли унизительный эпитет, говоря – картабыт-ирон (в переводе с ингушского – бьющие челом). Но бывали и взаимные браки между ингушами и осетинами, бывали и переселения одних к другим, бывали даже единичные случаи дружбы между ними. Старик Ганыж тоже пристрастного мнения об осетинах. Как и ингуши, так и осетины прежде были керестан (христиане). Из осетин, по его словам, только одни куртатинцы и тагаурцы были благородной (княжеской) крови. Все же остальные осетины стояли ниже ингушей. Осетины, – говорит он, – вообще племя, так себе. – Это – народ, по его мнению, хитрый, но все же более гостеприимный, нежели кабардинцы. Что их унижает – это отсутствие всякого самолюбия; никто не считает их храбрыми. Не было случая, чтобы осетинские наездники увезли что-нибудь из Назрани; ингуши же у них постоянно увозили жен, девиц и угоняли скот.
Между ингушами и осетинами в старину не было никогда мира и солидарности; они вечно питали друг к другу взаимную неприязнь, редкий осетин мог просто приехать к ингушам; только хорошие осетинские алдары и то при хороших кунаках из ингушей могли приезжать к ним; они тоже ездили только к алдарам. Что ингуши успевали перевезти или перегнать через Терек (осетин и ингушей разделял Терек), то всегда оставалось в их руках; осетины дальше не преследовали их, боясь вступить на территорию ингушей. По рассказу Ганыжа, лет 200-250 тому назад, когда ингушей постигло большое несчастье – «большая холера», как говорят ингуши («доку»), и они ослабели, только тогда осетины, у которых не было этой болезни, совершали набеги на ингушей и угоняли у них скот. В настоящее время все же с осетинами у ингушей больше общения и отношения сносные, хотя они по-прежнему не любят друг друга и воруют скот . При всем своем отрицательном отношении к осетинам, Ганыж все же справедлив и воздает должное осетинским алдарам, хвалит их за мужество, благородство, и приводит такой пример из прошлой жизни. Дударовы были весьма храбрые алдары. Жили они в ауле Чми .
Одно время русские даже предлагали по рублю за каждого солдата Дударовым, чтобы только последние пропустили их мимо Чми. Но Дударовы отказывались принять деньги и не пропускали русских. Тогда русские сделали обход и завладели аулом. Это было на памяти отца шестидесятилетнего Ганыжа, лет 130-140 тому назад. Видя, что приходится погибать, осетины бежали в лес; но русские объявили им, что они ищут мира с ними и не тронут их. Дударовы поверили честному слову русских и возвратились в Чми. Русские спросили их: «Как бьют змею – в голову или в хвост?» Те ответили, что удар в голову скорее убивает змею. Тогда русские велели перевязать одних Дударовых, не тронув остальных жителей. Когда были связаны Берса Дударов с семью сыновьями, офицер закричал семейству Берса «Выходите!» Жена Берса схватила ружье мужа, висевшее на столбе, и убила офицера наповал. Ее посадили в закрытый экипаж с небольшим отверстием и повезли к царю; и все 8 человек Дударовых были сосланы, а прочих осетин выселили из Чми, разрушив этот аул, мешавший движению русских войск.
Прибавлю от себя, что вышеприведенная характеристика осетин пристрастна: в ней сказывается вековая рознь, бывшая между этими двумя народами. Спросите вы осетина, какого он мнения об ингушах, так он всегда скажет, что ингуши – воры, собаки… не добрые люди .

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22

Комментарии закрыты.