Гумба. Нахи

10 Фев
2018

Поиск причин, которые привели к признанию приоритета за армянским этносом на начальном этапе истории кавказских народов, вновь заводит в тупик, ибо главенство армян на начальном этапе истории не может быть подтверждено никакими известными нам историческими данными. Первое упоминание Армении появляется в знаменитой Бехистунской надписи персидского царя Дария I, датируемой концом VI в. до н.э. (520 г.). К этому времени относится и возникновение первых армянских государственных образований. Однако эти государства были не столь сильны, чтобы оказывать на соседние страны сколько-нибудь значительное политическое влияние, которое могло бы послужить причиной возникновения впоследствии идеи о главенствующей роли армянского этноса среди кавказских народов. Кроме того, с VI по II вв. до н.э. Армения сама находилась в зависимости от крупных соседних держав: в VI в. до н.э. она входила в состав Мидии, затем – в состав Ахеменидской империи, а после разгрома последней Александром Македонским оказалась в зависимости от образовавшегося Селевкидского царства.
Возвышение Армении начинается с первой половины II в. до н.э., а в I в. до н.э., при царе Тигране II Великом, когда создается мощная армянская империя, охватывающая значительную часть Передней Азии. Можно было бы ожидать, что истоки армянофильства Леонти Мровели восходят именно к этому периоду истории, когда Армения представляла собой одну из могущественнейших держав и в сфере ее влияния находились сопредельные страны и народы. Однако нет никаких оснований для такого утверждения – Армянская империя Арташидов вообще не упоминается в сочинении Леонти Мровели. В сообщениях грузинского хрониста при описании этого периода прослеживается не столько проармянские, сколько антиармянские настроения. Картлийские правители изображаются героическими защитниками Картли, пытающимися освободиться от Армении, и противопоставляются армянским царям, что для историка, аттестованного как армянофила, выглядит более чем странно .
При анализе т.н. армянофильской тенденции, как и исторической концепции Леонти Мровели в целом, главным упущением исследователей стала попытка выявить истоки этой концепции исключительно в истории Армении и Грузии и армяно-грузинских взаимоотношений того или иного исторического периода, тем самым неоправданно ограничив рамки разысканий. Между тем причины признания приоритета за армянским этносом на начальном этапе истории народов Кавказа («армянофильства») и разгадка самой концепции Леонти Мровели об общем происхождении народов Кавказа, лежат, как мне представляется, в другой плоскости и требуют иного подхода.
Согласно Хронике Леонти Мровели, после Вавилонского столпотворения и расселения племен «…пришел Таргамос со всем племенем своим и утвердился между двумя недоступными человеку горами – Араратом и Масисом …Но не вмещали их земли Арарата и Масиса, и поделил Таргамос земли и племена свои между восемью этими героями: половиной племен и лучшей половиной земли своей наделил он Гаоса, затем семерым отвел долю каждому по достоинству… И над семью этими братьями своими был повелителем и владыкой Гаос ». То есть, первоначальным местом проживания, прародиной перечисляемых кавказских народов является Араратская долина и близлежащие области, откуда эти народы затем расселились, получив наделы земли от своего мифического предка Таргамоса. Здесь же, у подножья горы Арарат, происходит решающая победоносная битва кавказских народов (таргамосиан) во главе с Гаосом против их поработителя Неброта (Нимрода).
Сообщение Леонти Мровели совпадает с аналогичным сообщением армянского историка V в. Мовсеса Хоренаци о происхождении и начальном этапе истории армян, в связи с чем исследователями высказано мнение, что Леонти Мровели это предание всецело заимствовал у Мовсеса Хоренаци (К.П. Патканов, К.С. Кекелидзе и др.). Но все же при несомненной схожести сообщении обоих историков, исследователи выявляют в них и различия, ставящие под сомнение факт заимствования. Так, у Мовсеса Хоренаци царем вавилонян является Бэл, а у Леон ти Мровели – Неброт (тот же Бэл ); у Мовсеса Хоренаци битва с вавилонянами происходит возле озера Ван, а у Леонти Мровели – у подножья горы Арарат; у Мовсеса Хоренаци армянский этнарх hАйк борется против Бэла (Неброта) единолично, а у Леонти Мровели – в союзе с народами Кавказа .
В пылу полемики о том, заимствован ли текст грузинского автора у Мовсеса Хоренаци или нет, кстати, продолжающейся в научной литературе до сих пор, исследователи, кажется, упускают главное, а именно то, что в обоих случаях речь идет, с незначительными различиями, об одних и тех же событиях и об одном и том же историческом периоде – периоде Урартского царства. Вряд ли могут возникнуть какие-либо сомнения в том, что в сообщениях Мовсеса Хоренаци и Леонти Мровели о битве сыновей Таргома с вавилонским царем (Небротом у Леонтия Мровели, Бэлом у Мовсеса Хоренаци) отражены предания о многовековой борьбе Урарту с Ассирией и Вавилоном, о многократных военных нашествиях ассирийских и вавилонских царей на Урартское царство .
Следовательно, начальный этап истории упоминаемых Леонти Мровели кавказских народов восходит, скорее всего, к Урартскому царству. Как известно, с V в. до н.э. имя Урарту навсегда исчезает из исторического обихода (последний раз название Урарту встречается в надписи персидского царя Ксеркса), и на смену ему приходит и прочно устанавливается название Армения, охватывающее бывшую территорию Урарту. Собственно, история Армении является прямым продолжением истории не только протоармян, но и урартов, вошедших «чрезвычайно мощным в численном и культурном отношении компонентом в состав армянского народа », и фактически армянский народ становится правопреемником урартской истории и культуры . В связи с этим античные авторы трактовали историю Армении как продолжение истории Урарту, называя последнюю Арменией, не говоря уже о раннесредневековых армянских и грузинских историках, которым не известно название Урарту и которые рассматривают урартский период как древний, начальный этап истории Армении .
Аналогичное наблюдается и в раннесредневековой грузинской литературе, где термины Арарат – библейское название Урарту, и Армения являются идентичными и равнозначными . Безусловно, в этом отношении не является исключением и Леонти Мровели, который, следуя раннесредневековой традиции, отождествляющей Урарту (Арарат) с Арменией, рассматривает историю Урарту и Армении как единое целое – как историю собственно Армении и армянского народа. В таком случае, казавшиеся необъяснимыми сообщения Леонти Мровели о начальном этапе истории кавказских народов (таргамосиан), проходившем под эгидой армянского этнарха Гаоса (hАоса), становятся ясными и логичными, ибо речь в них идет не об Армении и армянах, а об Урарту и урартах.
Для понимания сути концепции Леонти Мровели большое значение имеет уверенность древнегрузинского историка в том, что территория Урарту является прародиной всех перечисляемых им народов – армян, грузин, ранов, моваканов, эров, леков, кавкасиан и мегрелов. Истоки общности происхождения этих народов Мровели возводит именно к Урарту, называя эту страну Арменией, которая, по его мнению (вернее, его источников) являлась первоначальным местом проживания всех этих народов, откуда они затем расселились по регионам Кавказа. Если рассмотреть данное утверждение не с точки зрения раннесредневековых историков, для которых Урарту есть Армения, а с позиции современных знаний о той эпохе, то есть, отделяя историю Урарту от истории собственно Армении, то становится очевидным, что урартский период является общим достоянием, начальным этапом истории всех перечисляемых грузинским историком кавказских народов.
О значительном политическом и культурном влиянии Урартской державы на соседние народы, в частности кавказские, на заре их истории, об ее важной роли в становлении армянской и, в определенной степени, грузинской государственности говорить не нужно – это общеизвестно. Общий культурно-исторический субстрат урартов и в некоторой степени преемственность по праву делят с армянским народом и грузины . И нет ничего неожиданного в том, что начальный этап истории армян и грузин в изложении Леонти Мровели проходил под эгидой Урартского царства. Это соответствует той исторической действительности, которая известна нам к настоящему времени.
Таким образом, появляются веские основания предполагать, что, по Леонти Мровели, главными в ряду перечисленных народов, сыгравших решающую роль на начальном этапе их истории, являются именно урарты, которых древнегрузинский историк называет армянами. Соответственно, генеалогическое древо кавказских народов возглавляет Гаос (hАйк), под именем которого объединяются урарты и армяне. Отсюда становится очевидным неправомерность аттестации Леонти Мровели как «армянофила», ибо если и можно бы было заподозрить нашего автора в каком-либо «этнофильстве» в сообщениях о начальном периоде истории кавказских народов, то следовало бы говорить скорее о «урартофильстве». Однако это исключается, и не только потому, что Леонти Мровели ничего не известно о существовании Урарту или Урартского царства, но и потому, что урартский период является общим для всех указанных им народов.
Следовательно, говорить о той или иной «этнофильской» тенденции, проявляющейся у грузинского историка при описании ранних этапов истории кавказских народов, было бы неправомерно. Скорее всего, эта результат зависимости автора от тех источников, в которых он черпал свои сведения об описываемом периоде. Как отмечают исследователи, Леонти Мровели, «должно быть, покорно следовал несохранившемуся тексту по истории дохристианской Картли ». Этим, вероятно, и следует объяснять «дурдзукофильство», проявляющееся у Леонти Мровели при описании событий середины и второй половины I тыс. до н.э., а также «осефильство» и «лекофильство», которое можно заметить в рассказе о событиях, имевших место начиная с рубежа новой эры. Видимо, то, что грузинский автор, следуя своим источникам, устным или письменным, выдвигает на первый план определенные народы, является отражением политической значимости этих народов в истории Кавказа в отдельные исторические периоды.
Для раскрытия исторической концепции Леонти Мровели, следует рассмотреть, какие народы он объединяет по общности происхождения и территории их расселения. Потомками мифического Таргамоса, как мы уже знаем, являются армяне, грузины (картвелы), раны, моваканы, эры, леки, мегрелы, кавкасианы. Этническая принадлежность перечисленных народов известна хорошо: вслед за армянами и грузинскими народностями – картвелами и мегрелами, названы этнически родственные дагестанские народы – раны и моваканы, представлявшие собой ядро населения Кавказской Албании; за ними эры и леки, заселявшие восточный Кавказ (Дагестан); затем кавкасианы, т.е. нахи, занимавшие Центральный Кавказ. Таким образом, в генеалогическую таблицу Леонти Мровели входят армяне, грузины (картвелы, мегрелы), нахские и дагестанские (или албано-дагестанские) народы.
В то же время в этой таблице нет народов западно-кавказской группы исконнокавказской языковой семьи – абхазов и адыгов. Если отсутствие в списке кавказских народов пришлых ираноязычных осетин и тюркоязычных карачаевцев, балкар, кумыков вполне объяснимо и не вызывает удивления, поскольку, согласно Леонти Мровели, к потомкам Таргамоса относятся лишь коренные народы Кавказа, первоначально населявшие Кавказ , то исключение из списка абхазов и адыгов (черкесов), представлявших одну из двух групп автохтонного населения Кавказа, выглядит довольно странно, особенно в произведении грузинского автора XI в., так как грузинской историографии того периода абхазы и адыги (джики, зихи) хорошо известны. Более того, Леонти Мровели в своем труде пользуется генеалогической схемой грузинского писателя и переводчика X в. Еквтиме Атонели, которая представлена в его версии сочинения Епифания Кипрского (конец IV – начало V вв.) «Diamerismos» и в которой в список народов мира вошли абхазы, зихи (адыги) и другие кавказские народы, которых нет в оригинальном тексте Епифания Кипрского .
Народы Западного Кавказа включены также и в список народностей, составленном анонимным грузинским автором ХIII в.. Кроме того, и сам Леонти Мровели, судя по всему, хорошо информирован об абхазах и в своей Хронике упоминает абхазов и егров отдельно, не смешивая их, четко отделяет Абхазию от Эгриси . Это не дает возможность согласиться с высказанным в научной литературе мнением, что отсутствие абхазов и адыгов в генеалогической схеме Леонти Мровели, возможно, связано с тем, что древнегрузинские племена поздно пришли на Кавказ и поэтому не могли ничего знать об этих народах, и сообщают лишь о тех, которые соседствовали с Картли . Кроме того, древнегрузинский автор ХI в. не мог не знать о том, что в это время территория Эгриси входила в состав абхазского царства и называлась Абхазией, и именно в этой связи некоторые исследователи склонны предполагать, что в собирательном названии Эгрос подразумеваются абхазы. Однако и это мнение требует существенной корректировки.
Согласно Леонти Мровели, каждому из народов, имена которых выводятся из названий этнополитических субрегионов, областей и племен Кавказа, мифическим предком Таргамосом выделяется соответствующая территория . Нет надобности подробно останавливаться на выяснении мест локализации всех перечисленных народов – эти вопросы освещены во многих специальных исследованиях, где убедительно показано, что сведения Леонти Мровели о расселении народов, перечисленных в его генеалогической таблице, в основном достоверны и соответствуют современным представлениям об этнотерриториальной карте древнего Кавказа.
Потомки Гаоса (hАоса) армяне занимают бывшую территорию Урартского царства, картвелы (грузины) – Картли, от Лихского хребта на западе до Эрети на востоке. Далее следуют народы, относящиеся к нахско-дагестанской языковой группе: ранам, или потомкам Бардоса, отводится правобережье Куры от Хунаракерта до слияния Куры с Араксом; моваканам – левобережье Куры; эрам – Эрети, территория между восточной границей Картли и Главным Кавказским хребтом; лекам – Дагестан; кавкасианам (нахам) – центральные районы Кавказа.
Если территория проживания и этническая принадлежность вышеназванных народов определяется достаточно точно и не вызывает существенных возражений в научной литературе, то значение названия мегрел и эпонима Эгрос является спорным. Среди перечисленных народов – сыновей Таргамоса, в источнике указываются мегрелы, а название выделенной им территории выводится из имени Эгрос: «Эгросу же дал страну у берегов моря и наметил рубежи: на востоке – Горы Малые, ныне называемые Лихи; на западе – море; [на севере] – Малая река Хазарети, где примыкают горы Кавказские ».
Совершенно очевидно, что в приведенном отрывке воссоздана эпоха Абхазского царства и удел Эгроса соответствует территории раннесредневековой Абхазии, границы которой на востоке и юго-востоке доходили до Лихского хреб та и реки Чорохи, а на северо-западе – до Никопсии . Поэтому в исторической литературе принято считать, что под собирательным термином Эгриси подразумеваются абхазы и сваны, в чем, судя по территории, покрываемой названием Эгрос, вряд ли можно усомниться. Однако это обстоятельство не может служить основанием для причисления абхазов к народам, объединенным, по концепции Леонти Мровели, общностью происхождения, то есть, к потомкам мифического Таргамоса, так как в самом перечне народов они не названы. Впрочем, даже если принять во внимание озвученное выше мнение ученых, то и в этом случае вопрос останется открытым, ибо трудно будет объяснить причину того, что в список не вошли адыги (черкесы), представлявшие собой значительную часть кавказского этнического мира.
Леонти Мровели важное значение придает одному из непременных признаков этнической общности – общности территории, в связи с чем уделяет пристальное внимание точности территориального определения каждого из перечисляемых народов, причем географическое размежевание тех или иных регионов Кавказа осуществляется в строгом соответствии с этническими границами. Как отмечает З.Ш. Дидебулидзе, «понятие общности территории у Леонтия Мровели всегда совпадает с понятием этнической общности, возникновение же новой этнической общности, связанное с процессами интеграции, вызывает перекройку прежних территориальных границ ». Однако при определении границ Эгроса этот принцип нарушается. Как видно из приведенного выше отрывка, в данном случае граница этнической общности не совпадает с территориальной общностью не только потому, что термин Эгрос, в отличие от других эпонимов, имеющих конкретное этническое значение, употребляется в собирательном смысле и включает в себя помимо мегрелов и сванов этнически не родственных им (мегрелам и сванам) абхазов, составляя в этот отношении исключение, но также и потому, что вне пределов удела Эгроса остается та часть мегрелов (мегрело-лазов), которая проживала в Юго-Восточном Причерноморье, к югу от нижнего течения реки Чорохи. И поэтому, конечно, ученые вполне правомерно полагают, что у Леонти Мровели «этноним мегрелы не коррелирует с эпонимом Эгрос ». Но на вопрос о том, какой народ подразумевается под этнонимом мегрелы и эпонимом Эгрос, удовлетворительного ответа среди исследователей нет.
К.С. Кекелидзе этноним мегрелы отождествляет, с одной стороны, с названными в «Хронике» Ипполита корзенами, тибаренами, халибами, моссиниками, которых в грузинской историографии принято считать мегрело-чанскими племенами, с другой – с егерацик древнеармянской версии той же «Хроники ». Г.В. Цулая ставит под сомнение эту предположение, считая, что под термином егерацик (Егерк) в древнеармянских источниках, возможно, «имеется в виду та часть мегрело-чанов, территория расселения которой составляла удел Эгроса – Эгриси с центром в Бедиа ». По мнению ученого, под этнонимом мегрелы у Леонти Мровели подразумеваются мегрело-чанские племена Юго-Восточного Причерноморья, то есть те же тибарены, корзены, халибы, моссиники, а термины Эгрос и егерацик армянской версии «Хроники» Ипполита связаны с теми западнокартвельскими племенами, центром земель которых Мровели считал город «Эгриси, ныне именуемый Бедиа ».
Термин мегрел Леонти Мровели, вне всякого сомнения, следует отождествлять с древнеармянским егерацик (Егерк), однако отмеченные выше разночтения, допущенные исследователями при определении территории Егерк (егерацик) армянских источников, вызывают удивление, ибо территория эта определяется достаточно четко. В армянских источниках термин Егерк (егерацик) употребляется в двух смыслах – узком и собирательном, поэтому, для выяснения его содержания в каждом конкретном случае следует исходить из контекста. Так, автор «Ашхарацуйца», перечисляя пятнадцать областей Великой Армении, указывает, что область Тайк (Тао) на западе граничит с Егерией («На западе Тайк граничит с Егерией »). В данном сообщении, как отмечает Н. Адонц, «термин Егерия употребляется в Географии в широком смысле, и означает все восточное побережье от Абхазии вплоть до Трапезунта ». В другом месте, уже при описании области Тайк, армянский географ свидетельствует, что «река Вох (Чорохи. – Г.Г.), которая течет из Спера, проходя около крепости Тухарк, направляется в [область] Клардж, а оттуда протекает через области Егр, Нигал, Мруз и Мрит и впадает в Понтийское море ». Область Егр занимала территорию от низовьев Чорохи до северного отрога Пархарских гор и от устья Имер-Хеви до Черного моря .
Термин Егр (Егерия) в узком смысле, для обозначении области Егр в низовьях Чорохи, употребляют и другие раннесредневековые армянские авторы. Так, Мовсес Хоренаци, повествуя о походе армянского царя Валаршака (I в. до н.э. ) в области, лежавшие северо-западнее Армении, в частности, сообщает: «Действуя таким образом [Валаршак] упорядочивает земли Мажака, понтийцев и егеров и направляется на север, через подножья Пархарских гор, через Тайк… » (выделено мной. – Г.Г.) Отсюда следует, что область Егр находится юго-западнее Тайка, на левобережье Чорохи.
Именно эту область имеет в виду и Ованнес Драсханакертци в сообщении о деятельности армянского католикоса Мовсеса Еливардеци (574–604 гг.) о том, что в 599 г. «сей Мовсес рукоположил, согласно принятому прежде порядку, архиепископом наханга Вирк (Картли), Гугарка и Егерской иерея кафедрального собора – Кюриона ». Как известно, армянской церкви подчинялись церкви только Восточного Закавказья, в том числе и грузинская до ее отпадения от армянской и признания в начале VII в. догматов халкедонского собора, в то время как Западное Закавказье (Абхазия, Егерия) находилось в лоне византийской церкви и подчинялось константинопольскому (византийскому) патриарху. Поэтому, естественно, армянский католикос никак не мог назначать егрисских (лазских) архиепископов. В данном сообщении Ованеса Драсханакертци, речь, несомненно, идет об области Егр в низовьях Чорохи, которая в церковном отношении подчинялась армянской церкви.
Область Егр в долине Чорохи была известна также и источникам, которыми пользовался Леонти Мровели. Описывая войну Картлийского царя Парнаваза (конец IV – начало III вв. до н.э.) с Сабердзнети (Греция), т.е. с Понтийским царством, Леонти Мровели сообщает, что «земли к югу от реки Эгрисцкали остались за греками ». В научной литературе Эгрисцкали процитированного текста традиционно принято отождествлять с Ингур, а чаще с Галидзгой. Однако это входит в противоречие не только со сведениями Леонти Мровели, но и с этнополитической ситуацией в регионе того времени. Картлийский царь Парнаваз, поднявший восстание против Азо, разбив войска последнего, совершил набег на северо-восточную часть Малой Азии и вторгся в пределы Понтийского царства – Андзиадзору, а затем возвратился в Мцхету через области Эклеци (греч. Акилисена) и Кларджети . Леонти Мровели сообщает, что в результате этого похода Парнаваз присоединил к Картлийскому царству Кларджети, «но земли к югу от реки Эгрисцкали остались за греками » (т.е. в составе Понтийского царства).
В данном случае источник дает столь четкие ориентиры, что совершенно исключается иное отождествление Эгрисцкали, кроме как с рекой Чорох. Согласно новейшим исследованиям, северные рубежи Понтийского царства в III–II вв. до н.э. доходили до нижнего течения Чорохи, где Понтийское царство граничило с Колхидой (Эгриси грузинских источников). Следовательно информация Леонти Мровели о том, что земли к югу от нижнего течения Чорохи («земли ниже Эгрисцкали») в III в. до н.э. остались в пределах Понтийского царства, полностью соответствует историческим реалиям того времени, т.е. в данном контексте под Эгрисцкали Леонти Мровели разумеет нижнее течение реки Чорохи, служившее границей между Понтийским царством (Саберзнети) и Эгриси (Колхидой). Это подтверждается и тем, что далее, в том же отрывке, Леонти Мровели говорит о выделении Парнавазом эгрисскому правителю Куджи земли именно от Эгрисцкали до Риони: «И дал он (Парнаваз. – Г.Г.) Куджи земли между Эгрисцкали и Риони, от моря до гор. В этой [местности] и находятся Эгриси и Сванети. И назначил [Парнаваз] его там эриставом ». Согласно Леонти Мровели, Куджи (царь Колхиды в начале III в. до н.э.) находился в зависимости от Парнаваза. Но, как известно, зависимость Колхиды (Егр) от Картлийского царства в III – I вв. до н.э. исключается. В сообщении Леонти Мровели о признании правителем Эгриси в качестве своего владыки царя Парнаваза и о назначении Куджи эриставом Эгриси (Колхиды), как уже выявлено в научной литературе, проявляется общая тенденция, отвечающая концепции грузинского историка, согласно которому Картлийские цари издревле играли главенствующую роль .
Нас в данном случае интересуют не взаимоотношения правителей Колхиды и Картли, а географические ориентиры, сообщаемые грузинским автором. Вряд ли у непредвзятого исследователя могут возникнуть сомнения в том, что и в этом случае термин Эгрисцкали в источнике употребляется для обозначения реки Чорохи, в отличие от позднего Эгрисцкали, идентичного реке Ингур. Существующее в научных кругах мнение о том, что Эгрисцкали вышеприведенного отрывка следует отождествлять с рекой Ингури (или Галидзга) и речь якобы идет о землях между Риони и Ингури (или Галидзга), является не чем иным, как просто недоразумением. Помимо всего прочего, неправомерность такой интерпретации заключается в том, что в этом случае за пределами Колхиды (Егерии), владения Куджи, в III в. до н.э. оказываются земли между Чорохи и Риони, т.е. основная часть Колхиды того времени.
Видимо, исследователей, отождествляющих Эгрисцкали рассматриваемого отрывка с рекой Ингури или с Галидзгой, вводит в заблуждение приписка к данному тексту, в которой говорится о строительстве Куджем крепости Годжи (древ. Археополис), которая была расположена западнее реки Риони. Но, возможно, строительство крепости Годжи (Цихе-Годжи) связывается с Куджем по той простой причине, что, тому или иному историческому деятелю Леонти Мровели, обычно, приписывает какое-либо деяние, обычно – основание какого-нибудь города, крепости и т.д. Однако более вероятным представляется, что перед нами наслоение сведений, отражающих различные временные отрезки, что характерно для хроники Леонти Мровели.
Как отмечают исследователи, в летописи грузинского автора исторически обоснованно выделяются несколько этапов этнической истории Кавказа. Древнюю карту расселения кавказских племен, основанную на тех или иных достоверных источниках (устных или письменных), Леонти Мровели осмысливает в соответствии с этнополитической картой раннего средневековья и во многих случаях раннесредневековую ситуацию проецирует на более древнюю эпоху .
В связи с этим обращает на себя внимание тот факт, что очерчиваемые в хронике Леонти Мровели пределы владения Куджи – от Чорохи (Эгрисцкали) на юге до Риони (Цихе-Годжи) на северо-западе, совпадают с границей Лазики V в. н.э. По «Ашхарацуйцу», граница между Абхазией и Егр (Лазика) в V–VI вв. н.э. проходила по реке Техури, до ее впадения в Риони, далее по нижнему течению Риони до Черного моря , а крепость Цихе-Годжи находилась на левом берегу Техури, в предгорьях Эгрисского хребта. Следовательно, рассматриваемый отрывок отражает этнополитическую ситуацию V–VI вв. н.э., когда граница Лазского (Эгрисского) царства на северо-западе доходила до реки Техури и нижнего течения Риони. По-видимому, эту этнополитическую ситуацию, отражающую раннесредневековый период, Леонти Мровели и проецирует на более раннюю эпоху. Таким образом, при описании Эгриси в хронике Леонти Мровели довольно отчетливо выявляются три слоя: первый – это IV–III вв. до н.э., когда существовала область Эгриси (Егр) в долине реки Чорохи (Эгрисцкали); второй – V–VI вв. н.э., период Лазского (Эгрисского) царства, границы которого охватывали территорию от Чорохи на юго-востоке до реки Техури и нижнего течения Риони на северо-западе; третий – эпоха Абхазского царства (VIII–ХII вв. н. э.)
Все вышеизложенное дает достаточно веские основания полагать, что в хронике Леонти Мровели при воссоздании раннего этапа истории Эгриси под этнонимом мегрелы, производным, как известно, от егр//агр (Егерия), подразумевается население вышеуказанной области Егерия в долине Чорохи, что соответствует Егр армянских источников, и в том числе егерацик древнеармянской версии «Хроники» Ипполита.
Следовательно, у Леонти Мровели этноним мегрелы не коррелирует с эпонимом Эгрос не потому, что под мегрелами подразумеваются халибы, корзены, моссиники и тибарены, мегрело-чанская принадлежность которых, кстати, весьма сомнительна, а под Эгросом – современная Западная Грузия, как это предполагает Г.В. Цулая, а потому, что эти термины воспроизводят хронологически различные периоды. Эпоним Эгрос отражает эпоху Абхазского царства, т.е. этнополитическую обстановку раннего средневековья, а этноним мегрелы воспроизводит ситуацию более древнего периода, когда термин Егерия обозначал выше обозначенную область в долине Чорохи (Эгрисцкали).
В хронике Леонти Мровели такое соотношение этнонима и эпонима не является исключением. Так, в перечне народов Кавказской Албании потомков (сыновей) Таргамоса, грузинский историк называет ранов, а название выделенной им территории выводит уже из эпонима Барда (Бардос ). В первом случае сведения Мровели основываются на древней традиции, согласно которой, Ран являлся родоначальником албан. Легенда об этом зафиксирована в «Истории Армении» Мовсеса Хоренаци и в «Истории страны Алуанк» Мовсеса Каланкатваци. Появление термина Бардос (Барда) для обозначении территории Ран (Арран) связано с тем, что в начале VI в. резиденция Албанского марзпанства была перенесена Сасанидами из Дербента в город Барда (Партав) на правобережье Куры, построенный при шахиншахе Каваде I (488–531). С того времени в раннесредневековых источниках Арран (Ран) стал часто называться страной Бардаа, по названию столицы Барда, что и отражено у Леонти Мровели. Таким образом, этноним ран отображает более древнюю эпоху, а эпоним Бардос выводится из названия раннесредневекового политического образования Барда (страна Бардаа).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40

Комментарии закрыты.